Перо и волына

Не люблю московские каменные джунгли летом.

– Обычно Валера в такое время отдыхает где-нибудь у моря, – объяснил Артур с улыбкой. – Но по моей просьбе задержался.

– Разве я мог проявить неуважение к старому другу? А, генацвале Костя? Жаль только, что Артур не разрешил преподнести ему настоящие подарки от всего сердца.

– Я тебя знаю, – откликнулся Артур, потягивая минеральную воду. – Если бы не мой запрет, ты б притащил в этот ресторан скаковую лошадь.

В ответ Валера загадочно улыбнулся и развел руками:

– Артур, с тобой трудно разговаривать, ты видишь людей насквозь.

– То же самое можно сказать и о тебе, Валера, – добавил Гурам.

– Э, Гурамчик, дорогой, – отмахнулся тот, – мы собрались здесь для того, чтобы делать комплименты дорогому юбиляру, он это заслужил.

Спустя несколько минут были заполнены еще два пустовавших места. Эти гости прибыли с огромным букетом орхидей.

– Боря, – укоризненно сказал Артур, обращаясь к прибывшим, – Славик, я же просил, чтобы без цветов и крупных подарков.

Боря был маленьким вертлявым субъектом с очень подвижным лицом, на котором мгновенно отражались самые разнообразные эмоции. Только что он был веселым радушным гостем, и тут же сама печаль.

– Дорогой мой Артурчик, неужели мы так обидели тебя? Ты посмотри, нет, ты только посмотри, какая это красота. Знаешь, ехал по Тверской-Ямской, вот увидел в витрине цветочного магазина и не смог удержаться. Тут же, тут же остановился и послал людей. А Славик ни при чем. Нет, он, конечно, при чем, это от нас обоих, я в том смысле, что он тоже выразил свое восхищение этим букетом. Ты посмотри, какая прелесть, Артурчик.

Словоохотливый Боря мог бы продолжать говорить бесконечно, но Артур жестом прервал его:

– Хорошо, хорошо, я верю.

За исключением Константина все остальные гости Артура хорошо знали друг друга.

– Костя, познакомься, это Борис Исаакович. Для тех, кто сидит за этим столом, просто Туз. И наконец, Вячеслав. Для некоторых – Соболь.

Вячеслав был самым импозантным среди гостей.