Перо и волына

Чиркнув спичкой, он прикурил и с наслаждением затянулся синим дымом.

– А что ж тебе надо? – язвительно спросила тетка, отрывая взгляд от двери хозяйственного магазина.

Выпустив из легких ядовитое облачко, мужичонка откашлялся и деловито сказал:

– Да мне в обменник надо было, долларов хотел прикупить.

Тетка сволочного вида и отставник поперхнулись и уставились на мужичонку. Спустя несколько мгновений пенсионер прокурорским тоном произнес:

– Да в наше время за эту дрянь в лагеря сажали.

– Ладно, дед, не пыли. – Его собеседник лениво отмахнулся и, сделав последнюю затяжку, выбросил уменьшившийся до размеров булавочной головки окурок. Потом развернулся и, не обращая внимания на сверлившие его спину взгляды, отправился восвояси.

Не прошло и минуты, как под завывание сирены к магазину подъехали две машины: желто-синие милицейские «Жигули» и «уазик», выкрашенный в защитный цвет. Несколько мгновений спустя подъехала третья машина – «рафик» с надписью «Следственная бригада».

Из «уазика» выскочили двое вооруженных короткоствольными автоматами милиционеров и, передергивая на ходу затворы, бросились к двери магазина. Пенсионера-отставника и сволочного вида тетку как ветром сдуло.

Один из милиционеров стукнул ногой в шнурованном ботинке по дверному косяку. Его напарник озабоченно оглядывался по сторонам.

– Откройте – милиция!

Молоденькая продавщица в форменном платье подбежала к двери, мельком глянула через стекло и щелкнула замком.

Тем временем из «рафика» вышли несколько человек в штатском и, доставая из карманов сигареты, принялись неторопливо закуривать.

Вооруженные милиционеры прошли в торговый зал. Возле обменного пункта в луже крови лежали два бездыханных тела. Рядом с ними стояли сотрудники магазина.

– Ну, где тут у вас убийство?

* * *

В этот день магазин хозяйственных товаров начал работу как обычно, по расписанию, в девять часов утра.

Небольшой банковский пикап с бронированным кузовом также прибыл по расписанию – в 9.05. Он подъехал по тротуару прямо к крыльцу магазина.

Двое высоких широкоплечих охранников в полувоенной униформе отнесли в обменный пункт опечатанный бумажный мешок с деньгами и передали его кассиру – маленькой хрупкой девушке с миловидным, почти детским личиком.