Ненависть и месть

Приедут на стадионную барахолку, затарятся, рысцой по магазинам – и с сумками назад в автобусы.

– Я не из их числа, – еще шире улыбнулся Кононов и демонстративно отвернул полу пиджака, где красовалось имя всемирно известного итальянского кутюрье.

– Сто марок в час каждой, – деловито сказала Анжелика.

– Двести баксов за два часа обеим. Номер в гостинице за мной.

* * *

…Анжелика встала с постели, потянулась, демонстрируя великолепную грудь.

– Ты просто какой-то самец. Я думала, у меня кости таза разойдутся.

– Я всегда возбуждаюсь, когда живьем вижу настоящие лесбийские номера, – сказал Кононов, закуривая ментоловую сигарету.

Лада, лежавшая рядом, поглаживая его по груди, двумя пальцами перехватила зажженную сигарету.

– Мы же профессионалки, – сказала она, затянувшись и выпустив тонкую струйку мятного дыма.

– Вы этому у себя на Волге научились?

– Нет, уже здесь, – ответила Анжелика, выходя из комнаты. – Вы там поболтайте, а мне в ванную надо.

– В Горьком мы были пай-девочками, – хихикнула Лада. – Ходили в школу, учились в техникуме.

– Надеюсь, не в железнодорожном?

– Нет, советской торговли.

Она игриво скосила глазки.

– Значит, карьера советских продавщиц вас не привлекала?

– Ни капельки.

– И что, сами рискнули податься сюда?

– Нашлись добрые люди, помогли выехать, здесь устроили. Сначала тяжело было.

– Приходилось много отстегивать?

– Много. Однокомнатную хибарку снимали за свои, все попутные расходы тоже.

– The same old story, – сказал Кононов по-английски.

– Что? – не поняла Лада.

– Старая, старая сказка. Ты что, по-английски не понимаешь?

– Так, пару слов знаю. А вообще-то, – она подмигнула, – я больше по-французски обучена языком работать.

– Да, минет у тебя хорошо получается. И подружку свою ты языком красиво обрабатывала. Талант у тебя, дорогуша.

– С него и живу, – засмеялась проститутка.

Затушив окурок в пепельнице, она соскользнула с постели и стала надевать колготки.

– А в ванную? – спросил Кононов.

– Зачем? Ты же в меня не кончал, – спокойно ответила она.

Вскоре к подруге присоединилась Лада. Девушки, торопливо одевшись, быстро направились к двери.