Осторожно, работает десантура!

– Из газет я узнала, – не торопясь заговорила посетительница, – что вы занимаетесь делом некоего господина Гудаева и у вас появились некоторые затруднения со сбором доказательств его невиновности. Я правильно излагаю?

– Не совсем, – слукавил Порше. – Газетчики сильно преувеличивают мои затруднения…

– Перестаньте, мэтр, – Лурье укоризненно покачала головой. – Мне тоже не нравятся газетчики. Но дело в том, что я знаю таких людей, как ваш клиент. Точнее, я знаю его соплеменников, потому что мне приходилось с ними общаться.

– Перестаньте меня запугивать! – резко сказал Порше. – Иначе я вызову полицию!

– Вам это не поможет, – так же резко ответила Лурье. – Меня выпустят через пару часов, а вы все равно лишитесь головы.

– Послушайте, мадемуазель Лурье, – устало проговорил Порше. – Или как вас там на самом деле зовут. Я очень занятой человек.

– Хотите посмотреть, что сделали на родине вашего клиента с англичанами из Красного Креста? А ведь они тоже помогали им, – неожиданно предложила девушка, расстегивая сумочку. – У меня есть несколько фотографий…

Она небрежно бросила через стол конверт, из которого выпало несколько снимков. Порше нехотя взял один из них; через секунду лицо у него побледнело, он нервно сглотнул.

– Откуда это у вас? – выдавил он через силу.

– Какое это имеет значение? – пожала плечами Лурье, гася сигарету. – Важно, что эти снимки доказывают, что в цивилизованном обществе вас могут защитить только от цивилизованных преступников. Но я хотела бы поговорить о другом…

Порше осторожно отложил в сторону страшные фотографии и недоуменно посмотрел на девушку.

– У меня есть то, что вам надо, – продолжала она. – Это запись задержания вашего клиента в Орли.

Посетительница сделала многозначительную паузу и потерла указательный и большой палец.

– Сколько? – хрипло спросил Порше.

– Думаю, – Лурье задумчиво посмотрела в потолок, – пятьдесят тысяч евро не очень большая сумма за вашу голову.

– У меня нет таких денег, – сипло ответил мэтр.

– Ну, что ж, – девушка поднялась со стула, – вы знаете свою дальнейшую судьбу. Счастливо оставаться…

– Погодите! – крикнул Порше.