Наживка для резидента

По давней привычке полковник ставил ее на свой рабочий стол – будто столбил территорию. Это было напоминание о его старой службе в танковых войсках и означало, что прописался он здесь надолго.

Лукьянов кивнул.

– Судя по всему, в Москву не спешите, – продолжил я.

– Пока нет, – односложно ответил полковник.

– А нам замена будет? – полюбопытствовал я. – Родина увидит своих героев?

– Замена? – Лукьянов недоуменно посмотрел на меня и наставительно произнес: – Мы военнослужащие, и командование определяет порядок и место прохождения нашей службы.

Человек совершенно не умеет выражаться не по-уставному.

– Интересное кино получается, – протянул я, пытаясь разобраться, огорчает или воодушевляет меня известие о том, что наше возвращение оттягивается на неопределенное время.

– Товарищ подполковник, вы в курсе, что дело не закончено? – сухо произнес Лукьянов.

– Знаю, – кивнул я. – Подполковник Сотников ушел. И мы его вряд ли теперь достанем – он сейчас задыхается в дружеских объятиях своих рабовладельцев.

– Вы мыслите в нужном направлении. Только ошибаетесь насчет того, что мы его не достанем. Есть основания полагать, что очень даже достанем.

Сердце мое екнуло. Перспектива гоняться за беглым предателем, который находится под крышей ЦРУ, да еще неизвестно где, меня не особенно радовала. Да и не слишком верилось в успех такого мероприятия.

Уловив мои чувства, с каким-то удовлетворением Лукьянов произнес:

– Вы правильно поняли.

Он положил передо мной шифрограмму за подписью замначальника ГРУ Шабанова, в которой было черным по белому написано, что группа «Бриз» подключена к проведению комплекса мероприятий под условным наименованием «Перекресток».

– Что за «Перекресток»? – спросил я. – Это по Сотникову?

– К сожалению или к счастью, операция гораздо шире. С вашей помощью был ликвидирован Большой Имам.

– Точно так.

– А об архиве Большого Имама слышали?

– Нет.

– На протяжении многих лет он фиксировал свои контакты с ЦРУ и другими спецслужбами, а также западными политиками. Надеюсь, понимаете, какой убийственной силы это его наследие.

– Понимаю.

– Архив с вероятностью в девяносто девять процентов находится на территории Сирии.

– И мы его будем искать, – заключил я. – Только какое это имеет отношение к Сотникову?

– Имеет самое непосредственное отношение.