На одном вдохе

На столешнице перед ним стоит пепельница с дымящимся окурком, пустой стакан, рядом с ним лежит позолоченная зажигалка и пачка дорогих американских сигарет Hilton Platinum. И больше ничего. Весь остальной антураж принадлежит мне.

Персонаж уверенным жестом наливает в свой стакан из моей второй бутыли и ничуть не смущается, когда я пытаюсь сделать ему замечание.

– О, привет! Будешь? – щедро предлагает он мой же вискарь. И, не дожидаясь согласия, наливает.

Решаю пока не убивать наглеца и не объяснять на эсперанто, куда ему пойти.

– Слушай, ты кто по национальности?

– А как ты догадался? – скалит он в широкой улыбке белоснежные зубы. И, сделавшись серьезным, удивляет осведомленностью: – Ты Женька, верно?

– Да, Женька. Но исключительно для близких друзей. А что, я настолько известен?

– Я тебя видел здесь пару раз. У нас общие знакомые.

– Понятно, – безучастно говорю я. Выяснять, кто эти общие знакомые, нет ни малейшего желания.

Он опять посмеивается:

– Про таких, как я, говорят: «Широко известен в узких кругах».

– И как же тебя нарекли родители?

– Глебом, – говорит он и тянет руку.

Пожав мою ладонь, новый знакомец задерживает на ней взгляд, чему-то усмехается и резко меняет тему:

– Как тебе эта тошниловка?

Морщусь.

– Вот и меня от нее мутит. Скукота. Никакого разнообразия… Сейчас я тебя кое-чем угощу, – внезапно о чем-то вспомнив, лезет он в карман и вытаскивает под тусклый свет желтоватых ламп лепесток таблеток.

Выпотрошив его, Глеб отсыпает мне штук пять, остальные закидывает в рот, смачно разжевывает и запивает вискариком. Мне никогда не нравилась наркота, но в эту минуту я вдруг ощутил странное и непреодолимое желание испытать действие предложенных «колес».

«Почему бы и нет? – подумал я, в точности повторяя движения нового знакомца. – У меня ведь не девять жизней, а всего одна. Нужно успеть попробовать все…»

Проглотив таблетки «живьем», я запоздало интересуюсь:

– Что за гадость?

– А не все ли равно?

– Как хоть они прут?

– А кто сказал, что они прут? – вскидывает мужик в искреннем удивлении брови.

– Тогда на кой черт мы их закатили?

Глеб как-то странно улыбается.

– Знаешь, – зловеще цежу я сквозь зубы, – мне совершенно не нравится твой юмор.

– Какой юмор?! С чего ты взял? У меня рак легких. Врачи сказали, что протяну от силы два месяца.