Могила для бандеровца

Опытный, чуявший врага за версту, изворотливый, любитель сложных оперативных разработок, храбрый офицер, всецело преданный своей стране и своему народу. А во-вторых, за время войны аппарат управления сократился почти вдвое, и каждый сотрудник был на счету. Увольнение даже одного человека доставило бы майору массу проблем.

А что касается умозаключений начальника угро, то он может ошибаться еще и вот в чем. Убить мог и член националистического подполья, который знал и видел, что к Ирке Кириенко похаживает сотрудник НКВД.

– Соседей успели опросить? – спросил Горюнов, видя нетерпение Бондаренко.

– А как же. Все по полной, поквартирный обход и так далее. Приметы есть, но очень размытые. Мужчина с карими злыми глазами, тонкими губами, имеющий обыкновение чуть опускать при разговоре вниз правый уголок губ. Но он мог приходить к кому-то другому и не обязательно в этот дом. Мы с приметами поработаем, конечно, прикинем маршрут нашего подозреваемого, попробуем понять, в какой он дом мог приходить или в каком доме живет.

– Да, он может оказаться и случайным человеком. А что о жизни этой Ирки известно?

– Она нигде не работает. Не тунеядка и не пьяница, конечно. Кое-кто из соседей рассказал, что она частным образом обслуживала клиентов на дому.

– Клиентов? – Горюнов удивленно уставился на капитана.

– И клиенток, – улыбнулся тот в ответ. – Она была неплохим парикмахером, да еще владела бабкиными рецептами по уходу за кожей лица для дам.

– Ясно, – кивнул Горюнов и прошелся по комнате. – Значит, одинокая женщина, ездила по клиентам. Любовники бывали, но мало кто их помнит. Видимо, не хотели ее компрометировать, или сама себя не хотела компрометировать. Личностей не установить, примет нет. И все же я спрошу вас, как оперативника уголовного розыска с большим опытом. Убить двоих, пусть и на короткой дистанции, всего двумя выстрелами. По одной пуле на человека.

– Вы хотите сказать, что он может быть из рядов националистического подполья? Но, поверьте, в криминальных кругах есть люди, которые умело обращаются с оружием, и они не были на фронте, вообще не служили в армии. Так что это не показатель.

– Да, вы правы, – кивнул Горюнов. – Дело мы забирать не будем, но прошу держать меня в курсе.