Сахарные туфельки, Граваль, или Все вокруг круглого стола. Хроники Камелота

Да, да не удивляйтесь именно в простой деревянной бочке, уж Бог весть сколько веков, носимой волнами верно всех земных морей и океанов.

Стоит, пожалуй, и поведать, как это случилось. Дед мой Василий Иваныч, но не Чапаев, конечно, а Жуков, гуляя однажды летом по прибрежным пескам Финского залива и размышляя большей частью ни о чем, чем о чем-либо, ибо отдыхая в летнее время на даче в Ольгино старался не отягощать себя ни излишними мыслями ни делами.

И хотя он вполне расслабился и ничем не отягощался, но, однако, все же заметил качавшийся на волнах странного вида предмет, оказавшийся почерневшей от долгих скитаний по многим водам совершенно замшелой бочкой – невесть уж какими ветрами занесенной в наши северные края.

Любопытствуя, не сокрыто ли в ней каких-либо невероятных сенсаций, ибо был по натуре своей пытливый искатель, дед мой двинулся к берегу, но и бочка, как ни странно, устремилась точно туда же. Так-то вот, по странной прихоти случая и встретились они в одной точке – дед мой и бочка.

Тут уж деду моему Василию Иванычу ничего иного и не оставалось, как сдвинуть тяжелую дубовую крышку и заглянуть внутрь сего заморского гостя.

Князя Гвидона там, однако, не оказалось, да и никаких иных сказочных персон: ни колдунов, ни фей, ни гномов, ни иных таинственных существ, но зато на самом дне бочки покоился обернутый в пестрые тряпицы весьма древнего вида фолиант.

Глядя на эти повлажневшие рукописные листы, писанные замысловатою средневековой вязью, дед сперва только охал от удивленья, но уже минутой позже, влекомый духом любопытства и познанья, мчался домой крепко держа подмышкой редкостную находку.

Дома, вооружившись лупою и хорошенько порассмотрев драгоценную рукопись, подумалось ему, что она не иначе как старофранцузская, сие явствовало, однако, и из имени автора стоявшего на заглавном листе. Углубившись в пожелтевшие от времени и соседства вод покоробленные листы дед догадался: отчасти внутренним чутьем, отчасти по рисункам украшавшим поля страниц, что манускрипт содержит истории о короле бриттов Артуре и славных его рыцарях круглого стола.

Тотчас и задался он непреклонной целью перевести это, посланное скорей уж не небесами, а морскими водами творенье на понятный всякому жителю обширных наших российских пространств славный русский язык и взялся уже за увесистый французско-русский словарь. Но поверь, любезный читатель, тут-то и случилось, что-то уж и вовсе невозможно-невероятное.