Матадоры войны

Легким движением руки Пилар отодвинула от себя тарелку и встала из-за стола. Сеньора Диас с мрачным видом наблюдала за тем, как дети провожают свою любимицу взглядами.

Стук в дверь повторился.

– Это, вероятно, приехал Федерико. Садовник, – высказала предположение Марта. – Он обещал быть на этой неделе и заняться клумбами с восточной стороны.

– Старый Федерико никогда не стучится, – грубо буркнул вихрастый парень с болезненным лицом.

– Ешь и помалкивай, Андрес, – осадила его сеньора Диас.

Воспользовавшись тем, что воспитательница при этом обернулась на дверь, Андрес сделал неприличный жест в ее сторону и тут же снова уткнулся в тарелку.

Однако веселье их продолжалось недолго. Не успела сеньора Диас грозно развернуться и привычно цыкнуть на ребят, как дверь в общую столовую распахнулась, и высокий широкоплечий мужчина с сиротливой щепоткой усов над верхней губой грубо втолкнул перед собой в помещение сеньориту Пилар, одной рукой ухватив девушку за волосы, а другой упираясь ей в спину.

В столовую вошли еще трое мужчин. В руках каждого из них было по компактному мини-автомату «узи» израильского производства.

– Не двигаться! – гаркнул один на ломаном испанском и в знак устрашения грозно повел дулом автомата.

Ребята замерли.

– В чем дело? – Голос сеньоры Диас предательски дрогнул.

Мужчина с усами толкнул Пилар в спину и одновременно с этим выпустил ее волосы. Девушка вскрикнула и, не удержав равновесия, упала лицом вниз. Андрес кинулся к ней и, протянув руку, помог подняться. Мужчина с усами вновь изобразил на лице кривую презрительную усмешку. В его правой руке, до этого скрытой от посторонних взоров спиной сеньориты Пилар, так же как и у трех других незваных визитеров, надежно покоился автомат.

Вопрос сеньоры Диас так и повис в воздухе без должного ответа.

– Всем встать! И отойти к дальней стене! – последовал очередной приказ. – Встать, я сказал!

Мужчина с усами, слегка прищурившись, наблюдал за тем, как дети и женщины покорно выполняют требование одного из его сообщников. Когда обитатели приюта для сирот нестройным рядом разместились вдоль дальней стены столовой, он развернулся в профиль и коротко бросил себе за спину по-персидски:

– Пересчитай их, Сохраб.