Компромат на президента

– Антон Павлович, фотография вам мешает сосредоточиться? – поинтересовался Клим Бондарев.

– Нет, что вы! – спохватился подполковник. – Я вас внимательно слушаю.

– Вы не забыли закон Ломоносова – Лавуазье, – Бондарев подвинул к подполковнику пепельницу. – Если мне не изменяет память, то Ломоносов сформулировал его так: если в одном месте чего-то убудет, то в другом непременно столько же и прибудет. Документы исчезли из России, а прибыли в бернский банк.

– И забрать их оттуда могут всего три человека, – продолжил Прохоров.

– Один, – поправил его Бондарев, – только один. Пока с Хайновским ничего не случилось, только он может их получить на руки.

Прохоров потер щеку и вновь посмотрел на перевернутую фотографию.

– Что ж, за информацию спасибо.

– Вы думаете о том, что документы нельзя украсть?

Подполковник чуть заметно улыбнулся.

– Ничего невозможного в этом мире не бывает. Но в данном случае никто не имеет права ошибиться. Попытка будет только одна. В Москве мы могли бы подкатить к банку пару автобусов автоматчиков в масках.

– Да уж, насмотрелся по телевизору.

– В Швейцарии такой номер не пройдет. Мы не знаем номер ячейки. Проникнуть в хранилище еще можно. Но времени вскрыть все ячейки у нас не останется.

Клим Бондарев спокойно выслушал подполковника, отпил глоток успевшего остыть кофе.

– Всегда должен быть способ получить желаемое. Насчет масок-шоу я с вами согласен.

– Само собой.

– Взломать компьютерную систему банка вы сможете?

– Это ничего не даст, – вздохнул Прохоров, – там не указывается, какая ячейка кому принадлежит.

Подполковник заметил озорной блеск в глазах Бондарева: проблема того увлекла.

– Я говорю о самом взломе, надо просто организовать хакерскую атаку.

– Что это даст? – поинтересовался Прохоров.

– Одна атака не даст ровным счетом ничего. Надо вдобавок сымитировать попытку ограбления банка.

– Извините, но я не до конца понимаю…

Поднятой рукой Клим остановил подполковника.

– Ситуация выглядит примерно так – надо отыскать иголку в стогу сена?

– Примерно так. Только это очень-очень ценная иголка.

– И, к сожалению, для нас недостижимая. Для классической загадки должен существовать классический ответ, – произнес Клим Бондарев.