Хроника одного побега

Поработали с неделю в относительно спокойном Дамаске. Однако аппетит, как известно, приходит во время еды. Британскому продюсеру понадобились репортажи из занятого повстанцами Алеппо, он был согласен оплатить их по двойной ставке. Желание заработать лишило осторожности. Данила и Камилла согласились.

Если долгое время тебе угрожает опасность, то бдительность притупляется. Машину стрингеров повстанцы остановили прямо на шоссе, забрали бумаги, отснятые материалы, камеру. Продержав сутки в глинобитной хибаре, их доставили в Абу-эд-Духур, где они стали одними из многих пленников Хусейна Диба.

Глава 2

Бывший кабинет начальника полицейского управления Абу-эд-Духура был просторным. Раньше в нем имелась дорогая обстановка: письменный стол ручной работы, стол для совещаний, мягкие кресла, напольные куранты, мягкие ковры, стены укрывали деревянные панели… Однако теперь от той шикарной обстановки мало чего осталось. Даже панели со стен и те были сорваны, об их прошлом существовании напоминали лишь брусочки, привинченные к кирпичной стене.

Сабах Сармини втолкнул обкуренного Хусейна Диба в кабинет и строго посмотрел ему в глаза. Командир по-идиотски хихикнул и плюхнулся на потертый диван, притащенный из разбомбленного дома неподалеку.

– Ну, и как ты объяснишь свой поступок? – спросил Сабах, разрядил отобранный у Хусейна пистолет и вернул оружие командиру.

Диб еще раз хихикнул, а потом разразился громким хохотом, словно Сабах рассказал ему смешную-пресмешную историю.

– У тебя с головой непорядок, – Сабах устроился за обшарпанным письменным столом. – Будешь столько дури курить, окончательно слетишь с катушек.

– Я еще в школе курить начал, – Диб забросил ноги на журнальный столик.

– Оно и видно, – брезгливо скривился Сармини, снял очки и старательно протер замшевой салфеткой стекла. – Пока не придешь в себя, говорить с тобой бесполезно.

– Бесполезно, – весело согласился Хусейн и закашлялся.

Сабах выставил на стол саквояж. Диб уставился на него и сделался серьезным.

– Делаешь успехи, – криво ухмыльнулся Сабах. – Уже способен концентрировать внимание.

– Ты не очень-то, – расплывчато пригрозил командир.

Сармини подошел к спиртовке, зажег ее и поставил на огонь джезву. Вскоре в просторном неухоженном кабинете распространился аромат кофе. Этот запах привел Хусейна в чувство.