Хроника одного побега

Сказанное и впрямь казалось какой-то идиотской шуткой. Но Диб уже шел к выстроившимся вдоль стены людям и хаотически размахивал пистолетом, который продолжал сжимать в левой руке.

– Хотите знать, почему каждого шестого? – произнес он и обвел взглядом пленников.

Никто не решился подтвердить свой интерес к цифре шесть.

– А потому, что мне так захотелось! – хрипло выкрикнул Хусейн.

Другим бойцам повстанческого отряда явно было не по душе то, что затеял командир, но никому из них не хотелось попадать под его горячую руку.

– Какой у тебя номер? – спросил Диб бедуина, стоявшего первым.

– Первый, – с дрожью в голосе выговорил мужчина с темным, почти коричневым лицом.

– Не угадал, – Хусейн усмехался, глаза его хищно блестели.

– Первый, – повторил пленник.

И тут Хусейн вкрадчиво произнес:

– Шестой, – после чего резко вскинул руку с пистолетом и выстрелил несчастному в лоб.

Голова лопнула, как спелый арбуз. Заднюю часть черепа вынесло выстрелом. Кровавое месиво плеснуло на шершавую бетонную стену.

– Считать научись, – наконец вскинул он голову и перевел взгляд на замершего араба в перепачканной краской строительной робе. – А ты считать умеешь?

Строитель так трясся, что не смог выдавить из себя и слова.

– Может, и ты шестой, а? – прищурился Диб.

– В-в-в-в-торой, – вымолвил непослушными губами строитель.

– Не слышу… – Голос главаря вновь стал вкрадчивым.

– Седьмой, – справился с собой араб.

– Ответ правильный, – ствол пистолета еще несколько раз качнулся перед лицом строителя.

Хусейн принялся считать дальше:

– Третий, четвертый, пятый…

Шестому он пустил пулю в лоб даже без предупреждения и тут же повел свой страшный отсчет дальше. Люди, стоявшие вдоль стены, лихорадочно отсчитывали свое место, боясь стать двадцать четвертыми, тридцатыми, тридцать шестыми… Сделать это, оставаясь в шеренге, было непросто.

– Семнадцатый, – произнес Хусейн, глядя в глаза российскому журналисту, и улыбнулся. – А вот ей не повезло, – кивнул он на молодую женщину. – Восемнадцатая. Ну, что я могу с этим поделать? Таковы правила моей считалки.

Ствол пистолета уперся красавице в лоб. Женщина закрыла глаза, боялась пошевелиться.

– Стой! – внезапно сказал журналист.