Фоторобот в золоченой раме

– А по жизни самые обоснованные обвинения – это ложные, – объявил радостно оперативник и скривился. – Но мы мирные люди. Давай ты с этой дамой, с которой чего-то там всё не поделишь, заключаешь полюбовный договор. И на этом заканчиваем всю эту неприятную историю. Дело на тормозах спускаем.

– И на каких условиях договариваемся?

– На обоюдно выгодных. Ну, и нас не забудете.

– Надо тогда ФСБ в долю брать. А то неудобно будет.

– Их зачем? – напрягся оперативник. – За красивые глаза?

– Да я по дороге с генералом Радовым беседовал.

«М» – это служба ФСБ, занимающаяся «контрразведывательным обеспечением» в органах МВД, то есть присматривающая за полицией.

Оперативник недовольно поморщился:

– Значит, упорствуете… Ну что ж, по закону так по закону. Смотрите, Эдуард Алексеевич, по закону больнее бывает…

Кононенко был готов ко всему, в том числе к тому, что его сейчас задержат, отпинают ногами. Но его ещё немного попугали и отпустили на четыре стороны.

Через два часа около кафе «Чайный домик» в узком, плотно заставленном переулке рядом с Арбатом он встретился с Платовым и Шведовым.

– Внушает, – кивнул Шведов на машину с охранниками, которая теперь сопровождала бизнесмена. В ней сидели поджарые, резкие и внимательные ребята.

– Никогда телохранителями не обставлялся, – вздохнул Кононенко. – Чувство омерзительное.

Они прошли в кабинет в чайном домике. Вскоре на столе появилось сложное сооружение из фарфора и стекла для приготовления чая.

– Эдуард Алексеевич, – произнёс Шведов. – Что происходит?

– История дурацкая совершенно. – Кононенко заёрзал на стуле. – Когда ещё конфликт в стадию взаимной ненависти не перешёл, Левицкая попросила меня поприсутствовать при сделке с недвижимостью. Мол, она женщина наивная, вокруг одни мошенники, нужен опытный мужчина под рукой, который разбирается в недвижимости.

– Что за недвижимость?

– Она помещение под галерею давно хотела приобрести. Я как идиот еду на эти переговоры. Там бугай такой сидит, с иголочки одетый, вежливый до приторности, а глаза пронзительно-голубые и хитрые. Документы все в порядке. Ну, думаю, она знает, что делает. Потом начинается… Он объявляет цену – полтора миллиона долларов. Левицкая тупит глаза и говорит, что таких денег у неё нет.