Флотское братство

– Тебе?

Внезапно Славка Климкович вскочил с кровати и набросился было на свою жену. Но та стремительным движением выскользнула из его объятий, отскочила в сторону. Халатик обольстительно распахнулся.

– Да ты что, Маришка? – ошалело пробормотал Славка, не сводя со своей жены заблестевших страстью глаз. – Ну-ка, иди сюда…

– Сначала обещай, что ты забудешь про своего русского!

Славка кинулся к своей супруге, но та ловко поставила на его пути стул, проворно увернулась, очутилась в другом конце комнаты.

– Обещаешь?

– Черт с ним, с русским, иди сюда!

– А ты обещаешь?

– Ладно, обещаю! – Славка Климкович, весь красный от волнения, шумно пыхтел. – Слышишь? Обещаю! Больше ни с одним русским не свяжусь. Ну же, иди сюда…

Он снова кинулся, настиг свою жену, обнял ее было, но та ловко подставила ему локти.

– Повтори, что ты мне обещаешь.

– Ну, что не буду больше пьянствовать с русскими моряками, – озверев от бунтующей крови, пробормотал Славка.

– А еще?

– Тьфу, черт! – Славка попробовал было обнять покрепче Марысю, но та оборонялась умело и с большим успехом. – Ну, что про этого Серегу Павлова забуду и больше не стану интересоваться причиной его гибели…

– Вот так! – Марыся тонко, заливисто засмеялась. – Помни свое обещание, морячок! Иначе…

Что будет иначе, она не договорила. Потому что в следующее мгновение Славка повалил ее на постель, упал сам, и некоторое время в комнате ничего не было слышно, кроме шумного дыхания и тихих, сдавленных, но блаженных стонов.

Глава 14

Наташа Павлова, устало подперев голову руками, сидела на краю широкого семейного дивана в комнате обычной городской квартиры, где ее с ребенком непрерывно держали вот уже третьи сутки. Ее маленький сынок не мог больше спать, но, лежа с широко раскрытыми глазами, прислушивался к тому, что творилось за стеной в соседней комнате, где находились их тюремщики.

Они ругались, громко и грязно, никого и ничего не стесняясь. Долгое время, проведенное вместе и в бездействии, сделало их раздражительными, они постоянно ссорились по пустякам.

– Фу, блин, зараза, ты, хрен моржовый! Ты опять, что ли, весь хлеб сожрал?

– Ну а чего я? Я один, что ли, его жру?

– Ты жрешь как боров! Вчера только целая буханка хлеба была и моток колбасы.