Десантура в секторе Газа

 – Или это тоже пока в твои планы не входит?

– Нет, рановато еще, – остудила его пламенные устремления Катрин, – я хочу, чтобы ты представлял меня такой, какой знал в детстве. А позднее – увидим.

Тем не менее Локис узнал, что Катя не замужем, работает на какой-то госслужбе. Беседа шла на самые разные темы.

Во время общения между молодыми людьми зашел спор: кто виноват в конфликте, которому уже более полувека? Арабы или евреи?

Локис был склонен считать виноватыми и тех и других. Его аргументы были просты: сами народы ни в чем не виноваты, а все дело в руководстве, идеологах и денежных воротилах.

– Еврейская верхушка исторически виновата в том, что сама устроила своему народу гетто в виде Израиля. Зачем? – писал Владимир. – А затем, чтобы денежки качать из единоверцев по всему миру на возрождение Земли обетованной. А сегодняшние палестинские руководители озабочены только тем, чтобы конфликт никогда не кончился. Да, именно так! Пока он длится, можно «пилить» западную помощь и помощь мусульманских спонсоров.

Катрин частично принимала аргументы Владимира, но, в свою очередь, упрекала его родину за то, что Россия помогает арабам, в том числе оружием. Мол, теперь нас «Хамас» обстреливает российскими установками «Град».

– Зачем вы им продаете? – получил колкий вопрос Владимир. – Это что, вклад России во всемирную борьбу с терроризмом? Или вы хотите, чтобы мир был достигнут кровопролитной войной?

– Ничего мы не продаем, – горячась, писал Локис.

На кухне появилась Антонина Тимофеевна.

– Хватит глаза портить! – с порога сказала она. – Ни к чему хорошему эти посиделки у компьютера не приводят.

– Да обожди, мама! – отмахнулся Локис, набирая очередное послание.

– Он занят, нет, вы только посмотрите! Тоже мне, нашел где знакомиться с девушками. В наше время на танцах знакомились, так там сразу видно, кто перед тобой! А сейчас что – сидит человек на другом конце света и пишет невесть что. Как это ты, интересно, проверишь – правду он тебе напишет или нет? Вот то-то. В Интернете можно кем угодно назваться! – справедливо напомнила мать.