Десантники не сдаются

Вода булькала и пузырилась от его дыхания.

– Не стреляй! – хныкал бугай.

– Лежи, сученыш, – гаркнул боец и произнес в рацию: – Зачищено!

Пузатый гаишник залез в «Газель». Много времени, чтобы найти тайник, не понадобилось.

– Груз здесь, – произнес он в микрофон рации.

* * *

Офис был просторный, не меньше пятидесяти метров, обставленный в современном, никелево-кожаном стиле – знатоки знают, что стиль этот моден и дорог. Такая обстановка призвана убеждать клиентов в том, что дела фирмы обстоят самым лучшим образом.

Впрочем, так оно и было.

– Ты заказал билеты? – спросил благообразный, полноватый мужчина лет сорока пяти. Его волосы щедро посеребрила седина. Про такую седину говорят – благородная. Судя по тому, что он занимал место хозяина за просторным столом красного дерева, здесь он был за главного.

– Да, – кивнул лысый колобок с курчавенькой легкомысленной бородой и настороженными глазками. – Рейс в пятницу. До Лос-Анджелеса...

– Что делать, ты, надеюсь, в курсе?

– В курсе, – хмыкнул «колобок».

 – Начать и кончить... Вообще-то нереально за такой срок...

– Через две недели ты здесь... Что ты должен обязательно успеть – это встреча с доктором Страусом. Визит во Флоридский технологический институт. И проработка протокола о намерениях с компанией «Интеллект». Остальное по обстановке.

«Колобок» с кислым видом кивнул.

– А ты что, хотел на Голливуд там глазеть? Нет, дружок. Работать надо. Деньги делать. Вкладывать капитал, в том числе интеллектуальный. Движение должно быть.

А ты сидишь с унылым видом, Сема. И никакого блеска в глазах...

Судя по всему, песня была старая, поэтому «колобок» только пожал плечами и с видом человека, который давно привык и устал отбрехиваться, заявил:

– Тебе блеск нужен или работа?

– Работа.

– А работу никто лучше меня, старого еврея, не сделает. Так?

– За что тебя и ценю...

За окном заработал отбойный молоток. Хозяин кабинета успел одуреть от этого звука, сравнимого по зловредности только с ядовитым шипением бормашины.

Прямо за окнами турецкие рабочие сноровисто превращали очередной московский памятник архитектуры девятнадцатого века в безвкусную стеклянно-бетонную упаковку для офисов.

– Теперь надо с Новосибирским институтом выйти на контакт, – деловито продолжил хозяин кабинета. – Разработка там перспективная есть. Англичане заинтересовались... В Обнинске – масса амбиций. Академики, доктора. Толку ноль... Галустян...

– Триумвират, – хмыкнул «колобок».