Черный мятеж

– Так точно! Будет сделано! – продолжал полицейский, не обращая внимания на гудки.

Теперь он уже мило улыбался белому водителю от неописуемой радости, что разговаривал с самим министром внутренних дел. Полицейский вернул трубку и пожал руку белому, как лучшему другу.

– Приносим свои извинения за причиненные вам неудобства, – раскланиваясь, лебезил африканец.

Водитель с презрительной миной повернулся спиной, идя к машине.

– Служба у нас такая, – все не умолкал полицейский. – Сами понимаете, какое опасное нынче время.

Хлопнула дверца.

– Поднять шлагбаум! Пропустить! – Африканец отдал приказ по громкоговорителю и тут же, связавшись по рации, дал распоряжение на эскорт для охраны.

Полицейские зашевелились, быстро исполняя приказ начальника.

– Счастливого пути! – пожелал сержант, отдал честь и, пристукнув сапогом, удалился.

Сытин провел пальцем по панели и спокойно прокомментировал:

– Правительственным войскам я поставил БТРы и противопехотные мины, поэтому и они с нами так же ласковы, как и повстанцы.

– Ну, эти уже получили все, что хотели, – согласился блондин.

Они немного подождали, пока африканцы освободят дорогу, и под ту же классическую музыку тронулись дальше. Сытин плеснул в бокал еще немного бренди и спокойно, однако, интригуя, произнес:

– Приедем, и я покажу тебе первый транш оплаты Онигминде, ты такого еще не видел!

Водитель пошевелился:

– Всегда приятно удивляться, особенно если причина стоит того!

– Будь уверен, – ухмыльнулся Сытин.

Джип с эскортом мотоциклистов мчался по ночному Лагосу.

Глава 5

Тем временем в аэропорту повстанцы дожидались посадки самолета с оружием. Однако с самолета не поступало никаких сигналов. Это было странно, но ничего другого, как ждать, не оставалось. Тем более что недавно так распорядился сам Онигминде. Все оставалось без изменений. В диспетчерской все так же сидел бритоголовый африканец, закинув ноги на стол, и те же несколько автоматчиков продолжали маячить за спинами служащих.

Бритоголовый, недовольно подергивая губами, дрожащими руками забивал очередной косячок. Ему очень не нравилось, что приземлились эти белые и тем более что им оказывают помощь. С каким удовольствием он изрешетил бы все, что его раздражало! Где запропастился самолет – неизвестно.