Черная сделка

Десантник был чрезвычайно благодарен милицейскому прапорщику, когда тот скомандовал: «Всем назад!»

Вокруг Локиса в болотной воде пошли радужные круги от солидола и солярки. Вода хоть и была теплая, но не настолько горячая, чтобы легко было смыть жирное смазочное масло, похожее на коричневый маргарин. Локис огляделся по сторонам, нашел мыльные цветки, растер зеленый лжеплод на плечах, животе, локтях, ногах. Солидол стал постепенно смываться.

Наконец Локис натянул на себя свою, вполне сухую, одежду.

Теперь он мог спокойно идти своей дорогой.

12

На берегу реки в туристическом трейлере вокруг электрической плитки на раскладных тряпичных табуретках сидели Антон, Николай Прокопьевич и Веник Огнеметчик. Возле окна, нервно поджав губы, стояла Вероника. На плите, расположенной на полу посреди комнаты, в турке готовился кофе. Его аромат перебивал запах, исходящий от разбросанных по трейлеру вещей «черных копателей»: стоптанных, заляпанных грязью сапог, дырявых носков, растянутых спортивных штанов, заплесневевших целлофановых мешков, ящиков со ржавыми железяками, добытыми из земли.

– Хорошее кофе, – похвалил Антон.

– Может, хороший? Да ерунда, – ответил Веник Огнеметчик. – Самый ароматный кофе – индонезийский. Его ягоды скармливают диким кошкам, и следят, когда кофейные бобы из кошек выйдут.

– Это как, выйдут? – переспросил Николай Прокопьевич.

– Как, как, каком… – возмутился от такого непонимания Веник Огнеметчик, – Кофейный боб в кишечном тракте этих кошек не переваривается, а только подвергается термо-химической обработке. Потом индонезийцы эти бобы собирают.

– Хорош заливать, – встрял Антон, – кто будет в кошачьем дерьме копаться, чтобы пару кофейных зерен раздобыть!

– Мы же тоже за деньги копаемся, – парировал Веник Огнеметчик.

– Извини, ну не в дерьме же! – вспылил Антон.

– И сколько же баночка такого, прости Господи, дерьмового кофе стоит? – спросил Николай Прокопьевич с неподдельным интересом.

– Больше тысячи долларов!

– Отдавать тысячу долларов, чтобы выпить отвар из сранья… – Антон сплюнул на пол.

Вероника отвернулась и уставилась в окно.

– Гордая, не хочет кофе для бундэсов варить.

– Прокопыч, не тронь ты ее, – вмешался Веник Огнеметчик. – Я им сам сварю. По-турецки, с перцем и гвоздикой. Выпьют – глаза на лоб полезут.