Бешеные горы

– Арзу сказал, что дает нам времени до тех пор, пока солнце не скроется вон за той горой, – перевел Резван.

Он показал рукой на вершину слева. Солнце уже лежало на ней нижним краем – времени было в обрез.

– Хорошо, – кивнул Бурый, облизывая губы. – Мы успеем. Пошли.

– Стой! – внезапно каркнул Арзу.

Спецназовцы, уже навострившие лыжи, замерли.

Старик шагнул к Борману, которому он едва доставал до груди, и указал на гранаты у него на разгрузке.

– Давать мне, – коротко приказал он.

– Чего?! – взревел Борман.

Старик проворно отскочил назад, наставил на Бормана свой «манлихер». Из-за соседних заборов, из-под крыш вдруг высунулись разномастные стволы, числом не меньше десятка, грозно нацелились на спецназовцев.

– Тихо! – приказал своим Бурый. – Не дергаться.

Борман замер, косясь по сторонам.

– Как тут все запущенно, – пробормотал он.

Арзу между тем, осознавая свою силу, протянул сухую ладонь вперед.

– Давать!

– Лучше послушаться, – посоветовал Резван.

– Отдай ему эти чертовы гранаты, – процедил Бурый.

Борман снял обе свои гранаты, положив в руку старику. Тот, не оборачиваясь, что-то отрывисто сказал. Тотчас из калитки вынырнул юркий черноглазый мальчуган, подхватил гранаты, как булочки, и утащил во двор.

– Теперь все? – спросил Глеб. – Можем идти?

– Это! – сказал Арзу, показывая на магазины у него в нагрудных карманах.

Бурый почувствовал себя не очень уютно. И так они почти безоружны, со своими пукалками, в этих безжалостных горах.

А отдать патроны – это на сколько еще шансов сократить возможность остаться в живых? Но спорить со строптивым старцем не решился. Себе дороже. Всех этих сельских вояк, конечно, ничего не стоит положить за пять минут. Но, во-первых, Резван вряд ли одобрит такое решение вопроса. А во-вторых, подобные методы были не в ходу у самого майора Теплова. Поэтому он послушно вытащил магазины и передал их старику.

Тот невозмутимо вручил их внуку – или, скорее, правнуку, – после чего перевел взгляд на Алису.

– Сейчас он тебя заставит стриптиз показать, – съязвил Борман, тяжело переживающий потерю ручной артиллерии.

– А ты и рад будешь, – не осталась в долгу Алиса.

Впрочем, напряглась и она. Поскольку никто не знал, чего можно ждать от предприимчивого аксакала.

«Ладно, – решил Глеб. – Поиграли и хватит».

Он поднял руку и, решительно жестикулируя, громко заговорил:

– Арзу! Солнце уходит за гору. У нас мало времени. Мы пойдем.