А теперь мы порвем Африку!

 – Действуем по плану…

– Это мятеж! – крикнул командир пехотного взвода, по-петушиному выпячивая грудь колесом.

В ответ русский десантник стремительно выдернул из кобуры пистолет для бесшумной стрельбы и выстрелил в крикуна. Но так, что пуля лишь слегка процарапала плечо.

– Еще слово… Убью. Труп гиенам скормлю! – прорычал он тоном, отшибающим всякое стремление к дискуссиям…

Самую тяжелую работу Великанов взвалил на себя и верного сержанта Уэбо. Им предстояло снять огневую точку на высотке. Они отбросили все, стесняющее движения, оставшись в камуфляже, прихватив с собой автоматы, по паре гранат и десантные ножи.

К подножию уродливого, заросшего кустарником и засыпанного валунами холма где перебежками, а где ползком они добрались без проблем. Осторожно двинули наверх, скрываясь за растительностью. Как всегда, им на руку была патологическая негритянская лень. Местным воинам влом было очистить округу от кустов и деревьев, чтобы помешать незаметно подобраться к огневой точке. И теперь диверсанты двигались к цели без особых проблем.

Чем ближе, тем нужно было быть осторожнее. Метр ползешь, минуту выжидаешь – не потревожил ли чуткий слух вражеского солдата.

Трава жесткая. Камни горячие. Солнце жарит. Глаза ест пот. А дышать надо через раз. Шумный диверсант – мертвый диверсант.

Пока русский десантник карабкался на высотку, диверсионный отряд занимал огневые позиции.

Великанов изрезал руку об острую траву, расцарапал щеку об острый камень. Но преодолел ползком большую часть холма.

Тут он увидел из-за зарослей здоровенный валун на склоне, на котором, смотря куда-то в небеса, сидел, болтая ногами, чернокожий вояка. Он напевал ритмичную песню, подхихикивал и курил. Второго бойца было не видно, зато хорошо слышно. Судя по характерным звукам, он где-то неподалеку развлекался, барабаня ладонями по ящику с патронами.

Даже до диверсантов дотягивался запах куримой ими марихуаны. Одно время эта травка входила в паек армии Республики Макао. И сейчас большинство солдат любили побаловаться ею – кто на досуге, а кто на боевом посту.

Так проще преодолевать тяготы и лишения воинской службы.

Великанов пальцем указал на любующегося небом солдатика. Уэбо кивнул – он знал, что теперь этот объект за ним. И при отмашке сержант порвет его на части – быстро и бесшумно.

Наверху у пулемета должны быть еще минимум двое. Тот самый «барабанщик» и его приятель, пока не подававший никаких звуков.

Уэбо остался на месте, а Великанов ящерицей пополз дальше.