Мертвецы из инета. Книга вторая. Нашествие мёртвых

Спеша к маме, она закончила с переодеванием в домашнее очень быстро, но… Тут же выйдя в прихожую, увидела, что не успела – свет у себя к тому времени мама уже погасила. С жалостью покачав головой и вздохнув, Оксана медленно вернулась в свою комнату. Облачилась в пижаму, выключила свет и легла в постель. Впрочем, свет можно было и не выключать. Его, едва только придёт, обязательно включит Жорик, которому было плевать на то, что Оксана уже легла спать.

А вот и он. Конечно же, как это бывало уже сотни раз до этого, включил свет.

– Спишь, что ли? – спросил он нарочито громко. – Не притворяйся. Я видел, что ты только что свет потушила. Лучше посмотри, что у меня есть!

Открывать глаза не хотелось. Хоть и было немного, – самую малость, – любопытно взглянуть, что там у Жорика было. Всё-таки не каждый день он предлагал ей на что-то посмотреть.

– Глянь лучше, в какие игрушки играет твоя мамочка!

При этих словах Оксана подскочила с кровати, как ужаленная.

– Ух ты! Да тут и могила твоего отца есть! И нашей бабу-ули!

Не дослушав двоюродного брата, Оксана в отчаянии бросилась к нему:

– Не тронь!

Однако, Жорик, казалось, только этого и ждал. Он тут же, не мешкая ни секунды, со всех ног рванулся убегать в гостиную.

– Мама! Она у меня забирает! – завопил он при этом таким голосом, будто Оксана погналась за ним по меньшей мере с ножом.

Он едва успел скрыться в гостиной, как на пути бежавшей за ним Оксаны, на входе туда из прихожей, появилась растопырившая руки тётя Лина.

– Пустите! Пустите! – Оксана попыталась оттолкнуть её в сторону, чтобы пробиться за Жориком, да только тёткина комплекция делала её неподвижной, как скала.

А из-за тётушкиной спины уже опять доносился зловредный голосок Жорика:

– Ух ты! «Оживить»! Вот это да! Ничего себе игрушечки у твоей мамаши! Уж не твоего ли папашу она тут собиралась оживить? И какой же, интересно, он тут получится, оживлённый-то? Сейчас посмотрим.

– Не трогай! – что только было у неё силы закричала, услышав это, Оксана, да только Жорика было не остановить.

– Ещё как трону! И папашу твоего оживлю, и нашу прабабушку, – отчётливо послышался противный голосок двоюродного брата, и отчаяние буквально захлестнуло всё Оксанино сознание.

А Жорик всё продолжал.