Контакты

Не стесняйтесь…

– Спасибо вам, Василий Петрович, и за приём, и за угощение, – сказала Надя, – и извините за вторжение, супруге вашей всех благ и скорейшего выздоровления! Вам тоже здоровья и счастья! Борь, а разве машина не придёт с шефом? Как я добираться-то буду?

– Надя, а что всё мне да мне, Борис больше сделал, ему и спасибо! – сказал Василий Петрович.

Борис повёз Надю в свою комнату, чтобы ещё некоторое время побыть наедине и поговорить по душам. Закрыв за собой дверь, удобно устроился в кресле, поставил Надину коляску напротив себя.

– А машина с шефом не придёт, – коротко ответил Борис.

– Да! А как же я доберусь до интерната?! Не хочешь ли ты сказать, что уже прописал меня у себя? – негодующе спросила Надя.

– Нет, этого я не сделал, – спокойно ответил Борис. – Просто отвезу тебя на своей машине.

– Нет, вы только на него посмотрите! – воскликнула Надя. – То он постоянно приезжал к нам своим ходом, меня привёз на тачке какого-то шефа, а теперь получается, что у него своя тачка есть, и он ни от кого не зависим! Вот и получается – демон настоящий во плоти, колдун несчастный!!! Как тебя ещё назвать можно? Даже слов не подберу…

– Надя, ответь, пожалуйста, за всё время нашего знакомства, я сделал тебе больно физически или морально?

– Нет, но некоторые твои поступки и скрытность меня просто пугают – никогда не знаешь, чего от тебя ожидать.

– Тебе нравится беседовать со мной?

– Да, это бесспорно, да!

– Я тебя хоть один раз обманул?

– Это уже допрос начинается? Конечно, нет.

– Спасибо за откровенность!

– А в чём дело-то? Ты мне прямо растолкуй, без загадок и премудростей.

– Ты хочешь соединить свою судьбу со мной?

– Это уже сложнее. Да, очень хочу, но…

– Я знаю, что тебе не понравилась Зоя Петровна, примерно, так же, как и ты ей. Тебя это насторожило и испугало?

– Но я ничего не говорила. Как ты мог узнать?

– Это не важно.

– Сейчас выясниться, что у тебя есть отдельная квартира! – с иронией и лёгкой грустью заметила Надя. – Да, я бы очень хотела так жить, но твоя сила на этом и заканчивается. Меня никто не выпустит из интерната, пока я не встану с коляски, а с коляски я встать не могу, потому что такие заболевания, как у меня или других моих друзей, не лечатся! Наука пока не дошла до этого.