Излишне съедобная кассета VHS

У «прикрепленного» к нам таможенника Максимова в компьютере снова окажется вирус, как это часто бывает в государственных неухоженных сетях, и я снова не получу вовремя свои «гэ-тэ-дэшки». Это такая специальная таможенная бумага, на основании которой в Госавтоинспекции можно (и нужно) получить справки-счета, и уж только потом выставлять автомобили в салон на продажу.

Генеральный меня съест!

Какой такой грузовик, и какой еще, к чертям собачьим, Миша Карась?

Какой еще (простите меня незнакомая мне женщина), какой к грёбаным херам Мишенька?

И какая еще такая рыжая Вера с ее врачом Сергеем Андреевичем и их научным руководителем, в которого превратился постаревший донской казак Григорий Мелехов?

Когда они ушли, и сестра снова появилась в моей палате, я спросил:

– Где моя одежда?

– Не знаю, тебя вот так к нам и привезли, в пижаме, – словно извинилась она.

– А где мой мобильник?

– Твой – что?

– Мой телефон – он где?

Вера пожала плечами.

Это теперь я знаю, почему она даже не поняла, о чем я ее спрашиваю, но тогда ее ответ я расценил по-другому: а ведь действительно, откуда ей знать, куда девался мой мобильный телефон?

И совсем полнейший шок я испытал, когда мои родители (бред сивой кобылы, три восклицательных знака!!!) приехали забирать меня домой.

х х х

Выплыло откуда-то из глубин давно забытого:

«Несмотря на то, что доктора его лечили, пускали кровь и давали пить лекарства, он все-таки выздоровел».

И я даже помню, откуда это: про Пьера Безухого (или Безухова, как там правильно?).

И я ничего не путаю.

Почему? А потому что эту шутку кто только не пародировал – и на сцене в концертах, и в постах в интернете. А первым-то ее (как оказывается) придумал великий русский писатель больше 150 лет назад.

Да и сам ли придумал?

Скорее всего, также слямзил у кого-то….

Мы ехали в такси, а это была «Двадцать четвертая Волга», и была она не просто в идеальном состоянии, а совершенно новая машина.

Уж в этом-то я разбираюсь.

На механический таксометр я поначалу не обратил внимания, водитель привычно включил его, сперва повернув рычажок влево, а потом вправо до щелчка.