Излишне съедобная кассета VHS

Глава 9 Мудрицкий и Федор Подскребаев, в кафе

14 мая, 2000 год

– Сядь вон туда, напротив, чтобы я тебя видел, – проводив взглядом Никлая Дмитриевича, скомандовал Подскребаев и опустился на стул неторопливо, словно только что закончил некую весьма важную значительную тяжелую и очень ответственную работу.

Мудрицкий также проводил взглядом ровную стройную спину Николая Дмитриевича в сером изящном костюме, нагнулся, подобрал в охапку длинный плечевой ремень, взял портфель с ноутбуком и обошел стол.

Подскребаев закурил новую сигарету, сделал затяжку и внимательно посмотрел на Мудрицкого:

– Даже если ты подслушивал и услышал наш разговор, все равно это правил не меняет, – сказал он, наконец.

Феликс попытался сделать себе очень сочувствующее и даже несчастное лицо и виновато посмотрел на Подскребаева поверх стекол очков:

– Я не специально.

Мудрицкий уже хотел было начать «прояснять ситуацию», но Подскребаев остановил его коротким нетерпеливым движением рукой:

– Не перебивай. Мы пока нанимаем тебя только на одну гонку. Только на одну, – повторил он. – Харьков, через две недели на майские праздники, автокросс.

Мудрицкий пожал плечом и коротко кивнул головой.

– Проезд, проживание и кормежка – за наш счет. Плюс гонорар. Сигареты и пиво в командировочные не входят. И никакого спиртного!

– Я не употребляю.

Подскребаев, словно не услышал, подвинул к себе наладонный маленький компьютер:

– Там получаются длинные выходные… – он говорил и стилусом, тоненькой черной заостренной эбонитовой палочкой, уже что-то набирал «цокая» по экрану. – Все верно, первое и второе мая – это понедельник и вторник, а накануне выходные суббота с воскресеньем. Значит, в Харьков выезжаем ранним утром в пятницу 28-го апреля. Запомнил?

Феликс кивнул, а Подскребаев отложил стилус в сторону на стол, аккурат параллельно боковой грани наладонника, затянулся и продолжал:

– Теперь второй вопрос: в следующую субботу, двадцать второго, с камерой к памятнику, к «Танку», что рядом с оперным театром.

Мудрицкий кивнул.

– И, кстати, возьми свою самую маленькую камеру, а не ту бандуру, с которой ты обычно ходишь, – и Подскребаев поднял правую руку над плечом так, словно показывал, как нужно правильно нести мешок с картошкой.