Георг де Вилар. Серебряная рота

– Быстрее давай, – махнул он слуге рукой и потянулся, разминая плечи и шею и совершенно не обращая на меня внимания.

Слуга ухватил поводья и повёл лошадь к кузне. Я шагнул вперёд, перегораживая ему путь.

– Послушайте, сударь! – громко обратился к гасконцу.  – Я ведь объяснил, что прибыл сюда первым, а значит, и моего коня подкуют первым!

Слуга, пренебрежительно дёрнув плечами, попытался обогнуть меня.

– Не сметь! – крикнул я ему и выхватил шпагу.

Слуга остановился, глядя на своего сюзерена и скорчив насмешливую рожу.

– Сударь! – сказал я гасконцу. – Потрудитесь вести себя так, как подобает себя вести в приличном обществе!

– В приличном обществе? – напоказ изумился гасконец и выразительно посмотрел на моего Одиссея, нервно помахивающего хвостом у коновязи.

Затем столь же выразительным неторопливым взглядом он окинул меня с головы до ног и обратно.

– А шпажонка у вас не коротковата, юноша? – холодно поинтересовался он. – Тоже ещё не выросла?

У него самого шпага была изрядной длины, фута четыре, не меньше, ножны почти касались земли.

– Её длины вполне достаточно! – твёрдо ответил я. – Вполне достаточно, чтобы научить вас манерам!

– А он неплохо держится, – сказал гасконец, повернувшись к своему товарищу.

Тот, кого он назвал герцогом, согласно кивнул, сохраняя всё то же невозмутимое выражение на лице. И мне вдруг показалось, что наша ссора вполне может на этом и закончиться. И даже более того. Всё же они оба мне действительно понравились, так что…

– Ну что же, щенок! – жёстко сказал гасконец, повернувшись ко мне.

Он метнул тяжёлый взгляд в своего слугу. Тот поспешно передал поводья хозяйского коня второму лакею и, подскочив сзади к господину, снял с него плащ, а затем аккуратно в две руки принял бархатный берет с пером.

Я тоже сдёрнул берет и бросил его вместе с плащом на колоду, мельком подивившись своей аккуратности даже в такой ситуации.

– Я тоже не буду снимать камзол, – сказал я гасконцу, который на это с усмешкой кивнул. – И у меня нет секунданта.

– Что же, – ответил гасконец. – Этот вопрос мы сейчас решим. Моим секундантом будет вот этот добрый малый, – он показал рукой на своего слугу, почтительно застывшего невдалеке.