Омут

– Лёха! – Я старался кричать как можно громче, но даже мне показалось, что шум дождя и непрекращающийся грохот забивают голос напрочь.

Прислушался, не кричит ли кум в ответ, но ничего, кроме стихии, расслышать не смог. Под ногами раскисло, подошвы кроссовок полностью исчезли в липкой, чёрной грязи, увеличивая вес каждой ноги на пару килограммов.

Балка, в которой бродил «вездеход», находилась в полукилометре от машины. Если учесть, что с момента последнего звонка прошло минут десять – пятнадцать, Лёха сейчас должен был находиться не более чем в трёхстах метрах.

Идти оказалось труднее, чем я думал. Размытый чернозём был скользким, липким и тяжёлым. Ноги то разъезжались в стороны, то вылетали вперёд или назад. Наверное, в других условиях я выглядел бы забавно, но в тот момент веселиться совсем не хотелось. Такая ходьба отнимала немало сил, и я остановился, чтобы немного передохнуть, отряхнуть с подошв налипшие комки и перевести дыхание.

– Лё-ё-ха! Ку-у-ум! Э-э-эй! – нараспев выкрикнул я и с удивлением услышал ответ:

– Эй! Я здесь! На склоне! Внизу! Ай, ё! – Лёха выругался, да так сочно, что стало понятно – мат неспроста.

Я рванул на голос и, не удержав равновесия, тут же рухнул лицом в грязь. Не обращая внимания на острую боль, пронзившую правую лодыжку, поднялся и, уже более аккуратно ступая, поспешил на выручку.

Я нашёл его на склоне балки у старого поваленного дерева, которое почему-то раньше не заметил. Хотя выглядело оно колоритно. Острые сучья, уже давным-давно утратившие остатки коры, белели в грозовом сумраке глянцевой древесиной, словно кости огромного динозавра. Лёха лежал на спине, сдавливая обеими руками правую ногу чуть выше колена. Он скалился и постоянно матерился.

– Рассказывай! – Шум дождя и нескончаемый гром приходилось перекрикивать.

Лёха скривился, крепко стиснул зубы и часто шумно задышал, стараясь пересилить боль, но не выдержал и снова выругался. Скользя по мокрой траве, устилавшей склон балки, я приблизился к куму и попытался осмотреть характер травмы. Сначала я был практически уверен, что это либо вывих, либо перелом, но когда присел, понял – всё обстоит гораздо хуже. И что делать дальше, в голову не приходило совершенно.

Глава 2.