САГА О ТОРАНЕ

Торан ответил двумя короткими резкими ударами, один из которых достиг цели.

Противник ойкнул, и в глазах его вспыхнул огонек азарта.

И в следующее мгновенье они рубились так, будто от этого зависела их жизнь. Удары сыпались один за другим, публика бесновалась, а факела дрожали еще больше.

Торан весь погрузился в схватку и видел лишь своего противника, мелькавшие в воздухе мечи и чарующий свет факелов.

Его руки твердо сжимали рукоятку и наносили могучие удары.

Противник его тоже не любил проигрывать и бился так, словно перед ним был настоящий враг.

Отблески пламени блеснули на стале мечей и звон ударов чуть не оглушил Торана. В руках его уже был настоящий боевой меч. От неожиданности он остановился, а противник его словно оджидал этого и набросился на него с удвоенной силой. Торан вынужден был пятиться, кое-как отбивая удары. Опытный воин, он сразу понял, что первый пропущенный им удар станет для него смертельным. Игра неожиданным образом кончилась, хотя зрителей это радовало еще больше.

Противник Торана, взяв меч в одну руку, по-прежнему наступал, бешено вращая им. Торан не мог отбивать эти удары, потому что меч бы вылетел из его рук. Он отступал назад и понимал, что скоро дойдет до края арены.

Оглушительным ревом толпа приветствовала своего кумира, а в глазах того уже пылал огонь.

Торан отпрыгнул назад, сильно замахнулся и, вложив в удар всю свою силу, вышиб из рук противника меч. Тот остановился пораженный и растерянный, толпа вмиг стихла.

– Вотр повержен! – раздался над ней чей-то голос. Слава Торану! Слава чужеземцу!

Толпа подхватила эти слова, и ночь еще долго слышала их.

Меч в руке Торана снова стал деревянным, и это ему очень не понравилось, но, оглянувшись вокруг, он не заметил никакой враждебности, лишь возбужденные лица и горящие глаза. Противник его исчез.

От толпы отделился человек в белой тунике с золотым обручем на голове. Подойдя к Торану, он сказал:

– Ты открыл праздник Сияющей Ночи.

Облака, плывущие по небу, переливались голубым и зеленым светом. Казалось, что все небо, до самых дальних высот, куда уже не поднимаются птицы, расцвечено этим сиянием.

– О, небо!.. – воскликнул Торан, задрав голову.

Ударили барабаны, и на арену выскочили несколько танцовщиц. Они двигались в такт ударам, и вскоре вся толпа была подчинена этому движению.