Пираты московских морей (сборник)

 – Он меня и думать отучит».

– Ты, Владимир Петрович, когда-нибудь задумывался, почему наш первый президент так часто и тяжело болел в лихое время?

– Пил много. Отчего же еще? – легко отозвался Фризе. – И угрызения совести мучили.

– Совесть еще надо иметь, чтобы она замучила, – ворчливо сказал собеседник. – А водка… Водка добру молодцу сердце не повредит. Вот ненависть самый крепкий организм разрушит! Ненависть нашего «гаранта» сгубила. Ненависть. Когда миллионы граждан телезрителей сидят у голубого экрана и от гнева и ненависти раскаляются так, что на них котлеты можно жарить, куда эта энергия девается?

– Если котлет под рукой нет? Отправляется по назначению.

– Смотришь в корень, – одобрил мужик. Он перестал наконец шептать и заговорил вгромкую: – С живыми мы разобрались. А что ты знаешь о фантомах?

– О каких фантомах?

– Мы здесь все – детки прогресса, – загадочно изрек гость. – Фантомы электронных средств массовой информации. Думаешь, герои фильмов остаются только на всех этих пленках, DVD и прочих флешках? Как бы не так! Они начинают жить самостоятельно и не только в Интернете.

Он сложил руки на груди и наконец отвел взгляд от Фризе. И от этого сыщик испытал явное облегчение.

– Ты, наверное, помнишь те времена, когда, включая приемник, можно было услышать: «В эфире радиостанция “Юность”. Или еще какая другая. В эфире, Володя! В эфире. У нас, братец, своя среда обитания. Эфир!

– Понятно… – пробормотал сыщик. Ему вспомнилась не радиостанция «Юность», а студенческая прибаутка: «Ночной эфир струит кефир».

– Проблема в том, что наши пределы с катастрофической быстротой стали заселять фантомы с большой отрицательной энергией. – Это уже не туповатые братки и живущие одним днем чикагские гангстеры. Изощренные маньяки и коррупционеры с размахом наступают хорошим ребятам на пятки! Мы не за себя боимся! Ты думаешь, фантомы не влияют на вас, на живых?

Сыщик так не думал.

– Во вселенной все взаимосвязано, – назидательно изрек гость.

«Надо прекращать балаган, – подумал Фризе. – Встать и уйти. Всего дела-то – раз плюнуть!»

Но он не плюнул. Какая-то непонятная сила удерживала Фризе на месте.