Сатанинский дар

Человека выкинуло из дома, он неловко свалился на спину, но тут же вскочил и растворился в темноте. Андрей не решился высовываться из дома, ведь он не знал точного количества визитеров. Секунду постоял возле раскрытой двери, глядя на серую бетонную дорожку – единственное, что было различимо в темноте, – и захлопнул дверь, закрыв ее на ненадежный замок.

Будь дома телефон, он обязательно позвонил бы в милицию или лейтенанту Ващуку, тот оставил свой номер. Можно было позвонить от Раисы Даниловны, но Андрей решил выждать.

Андрей бросился к выходящему на дорогу окну. Если это грабители, то они наверняка должны использовать автомобиль. Но его нигде видно не было. Не слышно было и визга шин или рева двигателя. Конечно, машина могла стоять и в отдалении…

А был ли этот ночной визитер грабителем? Может быть он, Андрей Ковалев, житель большого города, ошибается, принимая его – или их – за грабителя? Может быть, это те двое парней, Кочерга и Болт, пришли поквитаться с ним за дневное поражение? Но это очень глупо с их стороны, ведь подозрение в первую очередь падет на них.

Тогда кто же наведывался к нему в дом?

К нему? А ведь это дом Игоря! И наведываться могли не потому, что в нем сейчас ночует Андрей Ковалев, а потому что дом принадлежит Игорю Светлову!

Страх неожиданно проснулся в душе Андрея, настойчиво стучась в мозг. Одну за другой он преодолевал преграды, выставляемые сознанием.

Ему нечего бояться! Пусть Игоря похитили: бандиты, наркоманы или наркомафия – все равно! Пусть они хотели найти что-то в его доме, не зная, что дом сейчас не пустует.

А если решатся? Если они знают, что в доме нет телефона? Если они уверены в своей безнаказанности?

Чувствуя, как всё похолодело у него внутри, Андрей всматривался в окно, за которым сейчас уже была не тихая безмятежная ночь, а темная, скрывающая под покровом темноты притаившихся врагов, зловещая и пугающая ночь.

Темнота за окном и в доме. Он боялся ее, словно маленький ребенок. Боялся темных, неизвестно что таящих углов; боялся неподвижных теней, готовых в следующее мгновенье ожить и превратиться неизвестно в кого; боялся серого лунного света, потому что тот никак не мог разогнать темноту.

Андрей бросился к столу и включил настольную лампу.