Сатанинский дар

Андрей сделал вид, что не услышал этого вопроса.

Парень выплюнул сигарету – она пролетела в каком-то дюйме от лица Андрея – и, рывком оторвавшись от капота, приблизился к Андрею вплотную. Второй перестал стучать по колесу и подошел ближе.

– Вот что, друг мой! – шепотом процедил первый. – Ты, конечно, богатенький, у тебя шикарная тачка, сам ты мальчик-паинька и любишь есть что-нибудь на десерт, только мы таких пижонов не любим! Понял?

– Нет.

– Тупой! – гаркнул второй, несколько театрально потирая кулаки.

Первый выдержал паузу, давая возможность Андрею ответить, но тот ничего не сказал, а презрительно осмотрел второго от ботинок до головы, не удостоив и слова.

– Так вот, красавчик! – продолжил первый. – Сейчас ты садишься в свою поганую красную машину и, со всей силы давя на газ, даешь отсюда деру, иначе…

– А то что? – не выдержал Андрей.

– А то, соплячок, – пьяный вплотную приблизился к Андрею, обдавая запахом перегара, – я сниму ремень и надеру… попку!

Он заржал, брызгая слюной, довольный собой и своим превосходством.

– Придурок! – еле слышно произнес Андрей, твердо глядя в глаза пьяному…

– Иначе что? – спокойно поинтересовался Андрей.

– Иначе тебе придется драпать отсюда на разбитой машине!

– Или без нее! – добавил второй и снова плюнул, на этот раз попав на дверь.

– Придурок! – еле слышно произнес Андрей, твердо глядя ему в глаза…

…Ничего не говоря, пьяный ударил Андрея. Удар был направлен прямо ему в лицо, но он сумел увернуться, и кулак лишь царапнул щеку, однако это вывело его из себя.

Андрей ударил без замаха, в живот, точно в солнечное сплетение. Его пьяный противник шумно выдохнул – и согнулся пополам. Андрей ударил ребром ладони сверху по шее, повалив его на землю. Дружок поверженного, словно разъяренный бык рванулся на обидчика, но Игорь подставил ему ногу, и тот свалился прямо к ногам Андрея…

…Первый улыбнулся – и ударил Андрея в живот. Тот не сумел среагировать, однако ему повезло. Удар оказался несильным и не попал в солнечное сплетение.

Андрей лишь на мгновенье задохнулся и почувствовал острую боль, по мышцы пресса приняли большую часть силы удара на себя. Он согнулся, со стороны это выглядело так, будто он вот-вот свалится на землю, но в следующее мгновенье его кулак описал дугу, заканчивающуюся в солнечном сплетении расслабившегося противника. Тот застонал и, закатив глаза, мешком повалился на землю, скорчившись и схватившись за живот.