С кратким визитом (сборник)

– В том-то и дело, что конкретных претендентов на мой бизнес я не вижу. – Август Николаевич оторвался от городского пейзажа и посмотрел на Владимира. Сыщик опять отметил, какие тревожные у него глаза. – Никто не делал поползновений! И это меня особенно беспокоит.

– Да вы же только что заявили – «меня кто-то решил убрать из бизнеса».

– Ну да. Заявил. «Кто-то!» Но я не знаю кто.

– Понятно, – пробормотал Фризе, хотя ничего ему было не понятно. – А совладельцы?

– Нет никаких совладельцев! И никаких акционеров.

– Почему?

Седиков опять шумно, как паровоз, втянул носом воздух и ничего не ответил.

– Август Николаевич!

– Будем считать, что этот вопрос вы мне не задавали.

Фризе взглянул на клиента с укоризной.

– У меня могут быть какие-то секреты? Я же не на исповеди. И вижу вас впервые. Наверное, служили раньше в уголовном розыске?

По тому, каким клиент стал многословным, Фризе понял: сейчас он расколется или пошлет его подальше.

– Главный секрет сейчас – кто вас «субсидирует» таким странным способом.

– Моя «крыша» – менты, – сдался Седиков. – Серьезное управление.

– Понятно. Ни менты, ни бандиты благотворительностью не занимаются. И ошибок с адресами не допускают. Поехали дальше. А значит, вернемся к вашему первому варианту.

Седиков вздохнул и, потеряв кураж, снова стал похож на меланхолика.

– Вернемся. И вернемся к машинам. Вы же хотели заехать ко мне домой. Там и продолжите свой допрос с пристрастием.

– Вы можете отказаться, пока не выложили мне слишком много конфиденциальной информации. Я человек дотошный.

– Уже понял, – ворчливо отозвался Август Николаевич.

– Вы не пробовали выяснить, сколько в Москве у вас однофамильцев? – спросил Владимир, когда они шли к машинам.

– Нет. Не пробовал.

Несколько минут они вышагивали молча. После того как миновали церковь и Седиков опять привычно перекрестился, он сказал:

– Нет на это времени. Бизнес. У меня же не только «Клуб».

Ах, мой милый Августин…

Фризе хорошо помнил присловье: прежде, чем ударить в колокола, загляни в святцы. Он и заглянул. Но не в настоящие святцы – их у Владимира не было, – а в небольшую книжицу «Словарь русских личных имен». Имена на «А» располагались на двадцати девяти страницах. От Аарона до Аэтия.