С кратким визитом (сборник)

Фризе так и подмывало спросить: «Вроде вашей дочери»? – но он удержался. Вместо этого спросил:

– Дадите понюхать?

Когда на следующий день Седиков передал сыщику конверты, они еще сохраняли очень слабый незнакомый аромат. Владимир подивился стойкости духов. И странной их особенности: парфюм был одновременно и нежный, обволакивающий, и резкий, вызывающий. «Как они этого добились?» – подумал Фризе. Но углубляться в парфюмерную проблему не стал.

– А что касается белых перчаток Аркадия, это что-то новое.

 – Оказывается, Седиков не забыл реплику Фризе. – Наверное, вы произвели на него глубокое впечатление, и он решил не ударить в грязь лицом. Сейчас спрошу.

– Ради бога, не надо. Зачем смущать человека? Вдруг у него прыщик на пальце вскочил? – тихо, почти шепотом сказал сыщик. Но для себя сделал заметку: «Может быть, Аркадий за свои пальчики беспокоится? Он, видно, тертый калач и сразу признал во мне сыскаря».

Владимир украдкой бросил взгляд на стойку бара. Тарелка, из которой Аркадий ел свой аппетитный супчик, когда они с Седиковым вошли в «Кофейный клуб», была уже убрана.

Верный привычке никогда не оставлять без внимания даже самый слабый тревожный звоночек, сыщик воспользовался моментом, когда Август отправился туда, куда и царь пешком ходит, и стянул с соседнего стола пепельницу с надписью «Мокко». Подумал – не вечно же бармен ходит в перчатках! А когда дома он педантично обследовал ее, то не обнаружил ни одного отпечатка пальцев. Кроме своих, разумеется.

– Как вы думаете, Владимир Петрович, есть шансы распутать эту странную историю? Тревожит она меня. Очень тревожит.

Фризе бросил на Августа Николаевича укоризненный взгляд.

– Ну да, ну да. Вы же не маг, не кудесник! Скажите, в вашей практике не случались подобные казусы?

– Нет. До сих пор приходилось разыскивать только похищенные денежки. Может, начнем действовать?

– Начнем.

«Не проще ли было бы обсуждать все эти проблемы дома? – подумал сыщик. – И не шептаться на глазах у персонала своего кафе?» Но тут же он нашел оправдание для Седикова.

Чего ради приглашать к себе домой незнакомого человека, если ты не уверен, возьмется ли тот за дело? Наше время не располагает к доверительности. А еще у Фризе мелькнула мысль: соврав про то, что не пересчитывал доллары, Август Николаевич даже не покраснел.

Похоже, что Седиков и дальше собирался продолжать переговоры тут же, за столиком уютного кафе. Его собственного «Кофейного клуба».