Пастух для крокодилов

Красоту научился видеть и романтику, недоступную восприятию того самого перепуганного европейца. Обоняние различало в общем терпком букете запахи экзотических цветов, слух улавливал пение птиц, каких днем не услышишь. Зрение… Вот тут сложнее. Темноту никакой привычкой не рассеять – так, разве что самую малость. Сгустки мрака – деревья, общий фон, чуть менее черный – просветы меж деревьями. Что еще помогает, так это фосфорирующие предметы и организмы: светляки, гниющая древесина, колонии грибов. Позволяют сориентироваться, где именно мрак вертикальный (деревья и воздух) переходит в горизонтальный (землю, как таковую).

– Богдан, ты не спишь? – шепот коллеги-телохранительницы показался обостренному слуху недопустимо громким, заставил Богуславского изменить положение. Чуть сдвинувшись влево по длинному настилу из жердей, оказался к девушке почти вплотную.

– Что?

– Да так просто. Жутковатая ночь, дикая, будто ты одна на целом свете.

– Это пройдет. Расслабься и вдыхай экзотику всеми фибрами души. Большинство россиян за всю жизнь в таких местах не побывают, а тебе повезло.

– Да уж…

Новый звук родился в ночной тиши, стремительно разрастаясь и заполняя собой все вокруг: «Куа-о-о-ау-унг!» На мгновение показалось, будто источник, ЭПИЦЕНТР находится где-то тут, совсем рядом. За твоей спиной находится! Волосы на затылке ощутимо шевельнулись, пытаясь встать дыбом, ладони вспотели, сжимая сталь карабина. Смелость или отсутствие таковой тут ни при чем – реакция родилась на подсознательном уровне, пробив тысячелетние наслоения цивилизации.

Через пару мгновений, иррациональный страх отпустил: включились защитные механизмы мозга, напомнив, кто здесь охотник, а кто жертва, у кого ружье и разум, а у кого – только зубы, когти да инстинкты. Нет, что ни говори, а принадлежность к цивилизации – чертовски приятная штука!

– Кто это был? – Кира неведомым образом успела оказаться почти вплотную, и пальцы ее больно сжимали Богданово плечо.

– Кто это? Тигр?

– Он самый. Надо полагать, на охоту вышел и хочет, чтобы все об этом знали.

– Зачем?

– А просто так, для понта. Привычка дурная. Эй, господа охотники, как вы там? – последняя фраза относилась к Суханову и Хоксли, занимающим позицию на дальнем конце махана.