Зона Посещения. Сойти с обочины

А еще перед тем, как лечь спать, он почистил комбез от пятен и загрязнений. Это выдавало натуру перфекциониста: когда выдавалась свободная минутка, бродяга не откладывал на завтра приведение своего походного облика в порядок.

Сквозь прохудившуюся крышу внутрь затекало несколько струй. К счастью, отдыхавшие лежали вне их досягаемости. Засыпая, Кремень скорей всего мог подумать о том, как хорошо, что они с Баркасом успели проводить Самурая в последний путь до того, как начался погодный катаклизм… Потом в центре помещения образовалась немалая лужа, и сталкер, шепотом ругнувшись, выбрался из мешка и встал посмотреть, как можно прикрыть пробоины в крыше, чтобы к утру всю комнату не залило.

* * *

Кремень открыл глаза с трудом. Лицо его своим кислым выражением свидетельствовало, что просыпаться сталкеру отчаянно не хотелось.

Подняв голову, он поводил сканирующим взглядом по сторонам. В комнате никого не было, вчерашние соседи разошлись по своим делам. Воды на полу существенно поубавилось.

Выбравшись из спального мешка, бродяга бегло проверил, все ли пожитки в наличии, пропаж не обнаружил, затем подошел к окну и, отогнув край завесы, выглянул на улицу. Снаружи было пасмурно и тоскливо. Небо сплошь затянулось вязким туманом. Хорошо хоть, ливень закончился. На земле расстилалась сплошная грязевая каша, усеянная зеркалами огромных луж.

Кремень сплюнул на пол и, отойдя от окна, собрал вещи.

Спустился по лесенке на первый этаж. Там увидел бредуна, который с аппетитом лопал… быстрого приготовления лапшу из старых запасов! С водой у едока, правда, образовалась проблемка, и потому мужик грыз всухую.

Но все равно ему стоило позавидовать: вкус макаронных изделий в закрытом Троте уже давно подзабылся.

– Мням-ням, привет, брат, – поздоровался неизвестный бредун, прожевав лапшину, которую перед этим втянул в рот.

– Привет, – ответил Кремень, – и пока. Тороплюсь, коллега, время поджимает.

Покинув дом, он, стараясь выбирать наименее грязный маршрут, отправился в ту часть территории этого лагеря, которая отводилась под нужник.

Отхожее место было обустроено в разрушенном строении – остались лишь фрагменты стен первого этажа. Выбрав не самый загаженный угол, Кремень вытащил из рюкзака рулон бумаги и присел справить большую надобность. Даже сейчас, в безвыходных условиях изоляции, остатки человеческого социума в Зоне старались не рухнуть до совсем уж скотского состояния и не гадили «по-большому» где ни попадя.