Все парки Парижа

Когда Антуан, выкурив сигарету, вернулся на пост к операционной, к нему подошла медсестра и хрипло спросила:

– Вы – родственник месье Дероша?

– У месье Дероша родственников не осталось. Я его друг.

Девушка нахмурилась, раздумывая.

– А еще старший сотрудник его агентства «Ля сите селест». – Антуан развернул визитку на экране вирт-браслета и постарался, чтобы его выражение лица соответствовало фотографии. – Это я его нашел.

Медсестра вздохнула:

– Уже отвезли в палату. Перелом носа, трещина в кости предплечья.

Антуан на секунду прикрыл глаза. Оказывается, это странное чувство в груди было вовсе не спазмом голодного желудка.

– Спасибо.

– Завтра с десяти до часу и с пяти до восьми.

– Что?.. – удивился Антуан.

Медсестра возвела очи горе, ответила:

– Часы посещения!

– А-а-а… спасибо! – повторил он и перехватил коробку поудобнее, чтобы вызвать такси.

Машина, конечно, приехала не к тому входу, и по парковке пришлось пробежаться дважды.

Домой он явился в четыре утра. Отряхнул с ботинок гравий садовой дорожки, переобулся в домашние туфли и плюхнулся на пуфик в прихожей, оставшийся со времен, когда здесь еще разговаривали по стационарному телефону. Шумно выдохнул, запустил пальцы в волосы и помассировал голову, а потом наконец откинулся спиной к стене.

Надо было написать Захиру, чтобы патологоанатом завтра не грохнулся в обморок от увешанного полицейскими лентами холла. И еще вызвать клининговую компанию. К счастью, месье Дельфино поедет к месту захоронения к десяти…

Со стороны комнаты приближалось жужжание.

– Что не спишь, дед? – громко спросил Антуан и приоткрыл один глаз.

В коридор выехала электрическая инвалидная коляска и дернулась, останавливаясь. Одно колесико продолжало неспешно крутиться вокруг своей оси.

– Что у тебя опять случилось? – сурово спросил дед.

Антуан еще по дороге решил, что скрывать ничего не будет.

– В «Ля сите селест» забрался вор, а я его спугнул. Дерошу досталось, пришлось отвезти его в больницу.

Дед нахмурился и оперся ладонью о подлокотник, как будто собирался встать:

– И что, жив наш модник?

– Ага. Перелом носа, но это не страшно.

– Что у вас там красть-то?!

Антуан обошел инвалидное кресло, сел на корточки и открыл заднюю панель.