Пророк Темного мира

В Разлогово сделалось неспокойно. Испуганные мамаши и папаши несколько раз приходили к Петру, требовали посадить брата под замок.

– Так он же ничего плохого не делает, – разводил руками старший Возжаев. – Никого не трогает…

– Еще б тронул! – ярились дачники. – Убьем! Милицию вызовем! Псих он! Нельзя такому среди нормальных людей жить.

– Раньше-то, когда и впрямь дурачком был, не боялись вы его, – с горечью говорил Петр.

– Пусть лучше дурачок, чем такой… Запри его, иначе пожалеешь!

Петр и запер.

Сидел теперь Павел день-деньской в дальней комнатке их небольшого дома, глядел в окно, ждал осени, когда съедет обратно в городские квартиры дачная кодла. От нечего делать пристрастился он слушать радио. С утра до ночи, меряя шагами облупившиеся половицы, внимал Павел международным и российским новостям, интервью политиков и звезд шоу-бизнеса, песням и рекламе.

Лишь с наступлением темноты выпускал Петр брата в огород – подышать свежим воздухом. Павел сомнамбулой бродил меж дружно зеленеющих грядок, бормотал что-то, поднимал голову к звездам, иногда ложился на траву у забора.

Как-то Петр, собравшись уже спать – с утра надо было рано встать, картошку окучить, чеснок прополоть, – выглянул с заднего крыльца, чтобы позвать брата, и замер в дверном проеме, точно гвоздями прибитый.

Павел, освещаемый легким, призрачным светом полной Луны, стоял у калитки, а на заборных столбах сидели и смотрели на него огромными, жуткими глазами совы. И впервые с зимы увидел Петр, что брат улыбается.

Нечеловеческой, умиротворенной улыбкой познавшего истину…

Старуха Иваниха, когда Петр рассказал о странном и страшном происшествии, безапелляционным тоном заявила:

– К батюшке веди. К отцу Валериану. В Завалишино. Знаешь, где церква?

Петр кивнул. Церковь, в советские времена бывшую детским садом, восстановили лет пять назад. Детсад закрыли за ненадобностью – все одно детишек в Завалишине, некогда многолюдном селе, теперь было всего несколько, да и на тех приходилось по полному комплекту бабок-дедок – есть кому приглядеть.

В церкви побелили стены, поставили над колокольней золотой куполок с крестом, навесили на окна кованые решетки, красивые, все в завитках и виньетках. «Душа, – многозначительно заявил глава сельского округа на торжественной церемонии открытия возрожденного храма, – это то, чем человек отличается от животного. И за души моих односельчан я теперь спокоен».