Кремлевский детектив. Василий Блаженный

Но, насколько разглядел Клим, ни единая мышца не дрогнула на лице этого человека, ни на йоту не изменилось выражение его глаз. Хотя, быть может, цыган просто умел гениально блефовать. В последнее майор не верил – непроизвольные реакции есть у всех!

– Пройдем в дом, – сказал цыган. – Присядем в гостевой комнате, поговорим…

– Мы пришли не в гости, – покачал головой Неверов.

– Я это прекрасно понимаю. Но где-то же нам надо поговорить нормально?

– Ну пойдемте, – сказал Неверов.

Гыча жестом показал следовать за ним и вальяжной походкой двинулся к коттеджу.

Оказавшись в прихожей и оглядевшись, Клим подумал, что налицо конфликт культур и мировоззрений. Архитектор, который возводил коттедж, старался аккурат на те деньги, которые были ему заплачены. В этом доме не постеснялись бы жить даже те богачи, которые в придачу к своим средствам обладали еще и вкусом. А вот внутри дом был просто кричаще роскошен. Везде, куда только падал взгляд, встречались блестящие предметы либо вещи очень яркого цвета.

Неверов проследил, чтобы все население коттеджа было собрано в одном помещении и лишено возможности свободного перемещения. А сам захватил с собой самого внушительного бойца для нагнетания атмосферы и вместе с хозяином устроился в большой комнате на первом этаже. Так и хочется сказать – в «кабинете», но с поправкой на то, кто хозяин, можно сказать, что это просто его апартаменты.

– Что вам нужно? – спросил Тыча.

– Мне нужно знать, что твои люди ввезли в Москву примерно неделю назад?

Лузянинов удивленно вскинул брови.

– У меня много людей, и многие из них работают водителями. Может, точнее спросите?

Неверов улыбнулся.

– Тыча, ты прекрасно знаешь, о чем я спрашиваю. Меня не интересуют строительные материалы, продукты, мебель… Есть некий груз, который ты помог провезти в Москву на прошлой неделе.

Лузянинов развел руками и сделал такое лицо, как будто ему было искренне жаль, что работник ФСБ ведет себя так глупо.

– Товарищ начальник, мне бы надо точнее знать, что вы ищете. И вообще, если вы говорите, что какой-то мой человек провез что-то противозаконное, может быть, вы просто возьмете его?

Неверов вздохнул. У него не было никаких реальных зацепок. Опять приходилось действовать наобум.