Карлов

В самой дальней комнате, пройти в которую можно было лишь через столовую, гостиную и библиотеку, находился кабинет, где за красивым письменным столом сидел мужчина лет пятидесяти – пятидесяти пяти. Несмотря на свой возраст, о котором говорили лишь морщины и седые волосы, мужчина выглядел очень бодро и жизнерадостно. На нем был дорогой иностранный костюм, на руке поблескивали золотые иностранные часы, а в верхнем кармане пиджака красовался пестрый платочек из итальянского шелка. Мужчина сидел откинувшись на спинку кресла, закинув ногу на ногу и глядел в окно.

Он встрепенулся и повернулся лицом к двери лишь тогда, когда в кабинет вошли двое: мужчина и женщина, которая держала на руках ребенка.

Даже не взглянув на лица гостей, мужчина подошел к ребенку, посмотрел ему в лицо и провел по щеке кончиком пальца. В его глазах промелькнул какой-то особенный огонек, а затем он поднял руку и щелкнул пальцами. Звук от щелчка разнесся по всему дому звонким эхом, и в ту же секунду из дальнего угла комнаты вышел высокий мужчина, в руках у которого была спортивная сумка, наполненная пачками денег из пятидесяти рублевых купюр.

Он подошёл к «гостям» и передал её им. А хозяин дома взял ребенка из рук женщины и, покачивая его поспешил удалиться прочь…

Мало кто знает, но даже в советское время существовали люди, которые жили по другим законом, другой жизнью и, с отличной от строительства коммунизма, целью. Среди них были воры, проститутки и спекулянты, а также те, кто неофициально представлял государство на черных рынках.

И одним из таких людей был хозяин дома в Дагомысе – Каха Гуриманали.

Он продавал оружие тем, кто воевал с друзьями советской власти и, устраивал провокации там, где советской власти провокации устраивать было не к лицу. Его люди стояли за исчезновением неугодных, но неприкосновенных, а также поставляли «ко двору их величества» секретарей различных уровней и всевозможные «игрушки»: машины, одежду, наркотики и прочее. Взамен за свои услуги власть дала Кахе возможности, которыми не обладали даже Генеральные секретари.

Но власть не в силах была дать ему – ни вечность, ни потомство. И когда Каха наконец-то задумался о том, что кто-то должен будет унаследовать его империю, вот тогда в его доме и появился один из украденных близнецов, которого Каха назвал Искандером – в честь Александра Македонского.

С самого первого дня Каха воспитывал Искандера, как своего собственного сына, как своего единственного наследника и, как война.