Песок

ТУМАН

Как я вообще оказался здесь, почему еду в этом вязком тумане, сквозь который с трудом видны редкие дома вдоль дороги?

Куда я еду, откуда? Уже ничего не помню. Встреча? С кем? С каким-то придуманным мною персонажем? Мне нужно быть самое большее через четыре дня в Стамбуле, он совсем рядом, куда я спешу? Поворот на Констанцу. Был или не был? Карта живет своей жизнью, дорога – своей. Названия не совпадают. Куда меня занесло?

Резко сжимаю пальцами мочки ушей.

Надо отдохнуть. Наверняка дальше найдется какой-нибудь съезд.

1

МЫ МЕРТВЫ

В ее неподвижные губы стекают капли дождя. Дождя, пришедшего неведомо откуда, идущего невесть куда. Блаженный запах теплой мокрой земли, шелушистое побрякивание листьев огромного черного вяза, нижние ветки которого едва проступают сквозь туман над нами, и с них бегут струйки воды – нам на лица. Мы лежим далеко от ствола. Мы невредимы.

Я тоже не могу пошевелиться. И глаза неподвижны. Они смотрят в одну сторону – на нее. Не могу отвести взгляд, и не хочу. Стоп-кадр, когда все вокруг живет, замерли только мы.

Кто она? Случайная попутчица? Та, которую знаю всю жизнь? Мы ехали вместе? Скорей всего, да. Или нет, не помню. Прошлое исчезает. Остается финальный кадр, и он так хорош, что все остальное не важно.

Мы будем лежать здесь вечно, не прикоснувшись друг к другу, рядом с перевернутым на бок Фордом, который ничего не стоит поставить обратно на колеса и продолжить путь, куда? – нет, потом, – невредимые и счастливые.

Я лежу и представляю, как пахнут ее волосы. Я прошу ветерок перемениться и принести мне этот запах. Мы неподвижны, как будто умерли, но удара почти не было. Просто ничего не может быть лучше этих минут или часов, пока за нами не придут, не достанут черные полиэтиленовые мешки, пока идет дождь, и теплая земля поднимает к небу капли тумана.

МЫ ЖИВЫ

– Здесь не стоит останавливаться, – она категорична. Да, а ведь это первая фраза, обращенная ко мне. Почему? Совершенно спокойное место, можно бы передохнуть, попробовать выправить вмятину на левом боку машины, не так уж трудно, а каждый полицейский цепляется.

Я вообще не знаю, живы мы или умерли, факт только, что машина отделалась легкой вмятиной. Должно быть, статистически мы живы.