Конунг 4: Королевский тракт

Подошло время проверить, насколько хорошо тамошний гарнизон «пристрелял» фарватер, и можно ли быть уверенным, что в случае обострения, канаанский флот не прорвется вверх по течению, даже если малетский гарнизон не сможет защитить устье Митаньи.

Сначала во время отплытия он обратил внимание на горскую молодежь, увлеченно рассекающую по плавням, а на следующий день и вовсе встретил группу, идущую со стороны реки, и обвешанную по самые уши связками с мелкой речной птицей. При этом никакого оружия у них не было.

Осторожные расспросы позволили выяснить, что горская беднота отлично владеет пращей. И сейчас, пока их особо не загружают, часто наведывается в плавни. Кормят их хорошо, но в таком возрасте все равно постоянно хочется еще. Так что командиры даже поощряют эти вылазки, позволяющие будущим воинам получше сойтись между собой, выявить будущих лидеров-десятников и вообще тренирующие самые что ни наесть правильные навыки.

Тогда Игорь сказал:

– Стоп, а почему бы не сделать их основным оружием пращу?

Ему тут же терпеливо и уважительно пояснили, что хорошо защищенного воина ни каменной, ни глиняной пулей особо не достать, так что пращники в «современной армии» – это, мол, ерунда!

Тогда он не сдался, покопался в памяти, и уточнил:

– А как же свинцовые снаряды (14)?

(14) Из-за высокой плотности материала такие ядра едва ли не вдвое превосходили каменные и глиняные по дальности стрельбы и тяжести наносимого при попадании в цель удара.

– О! – почесали в затылках воины. – Свинец – это, наверное, уже не «ерунда», но дорого же?!

– Ага, – сказал ярл. – Но дорого – это вооружать неопытных юнцов, как копейщиков. Попробуйте, например, купить у канаанеев две-три тысячи кольчуг, или даже просто недорогую защиту из клееного льна, который у них не растет, и они сами покупают его у нас, у фризов…

Тем более, на захваченных землях были несколько месторождений свинца, и сейчас они принадлежали ярлу.

В общем, его ветераны сели, подумали – прикинули так и эдак, – и для начала посоветовали вооружить по предложенному образцу всего одну роту будущих пращников – только 120 новобранцев.

Уже через неделю совет почти единодушно решил, что дело того стоит, и к моменту отправления в поход, у Игоря было двадцать таких «сотен».