Конунг 4: Королевский тракт

 – Я так понимаю, ты надеялся, что он оплатит восстановление ноги хотя бы частично?

Ответом мне было обреченное молчание.

– Ну что ты, твои дела не так уж плохи! – улыбнулся я. – Кто-нибудь может поклясться, что рану ты получил именно в бою, и именно находясь в моем войске?

Мужик мгновение взбодрился, задумался, и в этот момент двери аптеки распахнулись, а к нам присоединился, скорее всего, недавний собеседник, точнее – аптекарь Вис Корявый собственной персоной.

– Господин, этот болван распугивает мне клиентов уже не первый день, но я могу подтвердить, что рану он получи все еще будучи на службе! Войско распустили только через шесть дней после того, как я оперировал его.

– Благородно с твоей стороны, – усмехнулся я, и переключил внимание на недотепу. – Скажи воин, есть ли у тебя конь? Ну, или кобыла, это не важно…

– Да… – лаконично сообщил тот, разрываясь между недоверием и надеждой.

– Ну, так шагай пока потихоньку туда, где ты остановился! Потом, собирай вещи, садись на него или на нее, и отправляйся к здешней цитадели! Когда доберешься, вот этот достойный юноша, – я кивнул на оруженосца, – там тебя уже будет ждать с письмом от моего здешнего казначея.

– Мой ярл!!! – с чувством проговорил воин.

– Ну что ты, договоренность была, что если победим, всем будет оплачено восстановление ущерба здоровью, в том числе – глаз и конечностей, – из общей добычи. Ее, правда, уже поделили, но я не позволю, чтобы глупость или гордость помешала тебе получить свое. Отправляйся, раньше уедешь, раньше избавишься от костыля!

Оруженосец рванул в обратную сторону, воодушевленный калека пошкандыбал за вещами, и уже через мгновение улица опустела. Гостеприимный хозяин предложил продолжить разговор в доме.

* * *

Вечер того же дня

Возможно, именно из-за того, что Игорь покинул цитадель до конца обеда и тем нарушил какой-нибудь важный и ответственный ритуал, вернуться у него получилось только к столу. На ужин. Наверное, какой-то местный кулинарный бог защитал его поступок, как неуважение, вот и зациклил день «обнаглевшего» ярла.

Город за половину дня не вырос, поэтому и от аптекаря они тоже отправились пешими.