Так тоже бывает, или Средство от кризиса

«Мне эта наука по силам», —

Свой выбор потом объяснил он,

И как это всё началась —

Мечта, словно молния, Колю,

Как пень, как сосну в чистом поле,

Пронзила однажды насквозь.

Его предки веками в большом и богатом селе

Спокон веку работали, жили, вставали с рассветом,

А потом, как траву, в тридцать третьем на этой земле

Голод выкосил всех, никакого села больше нету.

Колька осенью в дождь зарулил на машине сюда:

«Эй, народ, отзовись, кто ещё моих родичей помнит!»

Тишина.

Ветер воет вдали, и спускаются сумерки в полдень.

Тяжко, тяжко ему на исконных просторах родных,

Никого, никого средь развалин гнилых деревянных,

Что когда-то домами звались. Только глянешь на них —

Ноги сами бегут из глухих этих мест окаянных.

Вот тогда-то Колюхе на ум эта мысль и пришла —

Чтоб вспахать наконец их, великие эти просторы,

Что зовутся российской землёй, чтобы делать дела,

А не просто за рюмкой пустые вести разговоры.

Чтоб разглядеть получше эти земли,

Он, болтовни туманной не приемля

И рюкзачок собрав на раз-два-три,

На велике проехал для прикола

От Липецка до Старого Оскола,

А после от Тамбова до Твери.

Я пару слов о Кольке и Витюхе

Хочу сказать из общей уважухи

И к ним самим, и к старым временам, —

Когда-то мы давно ментами были,

Злодеев отмороженных ловили

По норам их, берлогам и углам.

Про нас любили девки посудачить,

Мы были мушкетёры, не иначе,

Как Д’Артаньян, Атос и Арамис,

И никакого тут уже Портоса,

На толстяков в ментовке смотрят косо,

А то и даже вовсе сверху вниз.

Нет, там в цене упругие, худые,

Поджарые, как гончие борзые,

Другого там не надо никого,

Да чтоб кураж имелся, нюх и норов,

Да чтоб ещё и, как у мушкетёров,

Один за всех и все за одного!

Что ж, в следствии местами так и было,

Когда вся наша братия служила,

Подобных мест у нас полным-полно,

Ну, а теперь, сдаётся мне, всё чаще

Там, где народ работал настоящий,

Совсем другое крутится кино.

Мои друзья в отставку в девяностом,

Колюха с Витькой, вышли. Ой, не просто,

Как и другим уволенным ментам,

Им было в этом новом СССРе,

Где каждый день невзгоды, словно звери,

За нами вскачь летели по пятам.