Президент уходит на пенсию, или «Я уеду жить в Пярну»

Как это говорят: «единожды солгав» и что-то тут не чисто.

Мы вернем его домой

– Явился! Гангрена. Ты со своей подозрительностью к техническому прогрессу когда-нибудь конец света проспишь. Проснешься, а мира уже нет, тебе по проводному телефону не сообщили – такими словами Король встретил президента хоккейного клуба, приехавшего на дачу его брата под Монако.

Капитаны бизнеса решили собраться вне пределов Родины, так как опасались нездорового внимания к себе со стороны конкурентов и спецслужб. В этот вечер в аэропорту Ниццы приземлились несколько бизнес-джетов.

В отчете французской контрразведки говорилось, что пассажиры этих самолётов имели озабоченный и невеселый вид. Все ехали на одну из дорогих вилл в Монако.

В гости к Королю пожаловал владелец крупного банка – один, без брата, приехал глава Самой Могущественной государственной корпорации, уже упомянутый Гангрена и православный бизнесмен, владелец телеканала «Чёрная сотня».

Говорили за столом, который накрыл хлебосольный хозяин дома.

– Ну что друзья. У нас на повестке дня один вопрос. Мы Его упустили, а теперь нужно возвращать! – сказал в качестве приветственного слова Король. – Мы не можем себе позволить пустить страну на самотёк. Без нас и Его – на этом слове он поднял указательный палец правой руки и вслед за ним глаза вверх, в стране начнётся хаос.

– Оппозиционеры всякие поднимут голову, начнется возня на американские деньги с целью нас дискредитировать. Мы 20 лет держали страну, делали ее богатой, сильной и процветающей и не можем допустить, чтобы из-за мимолётной слабости одного человека, она опять вверглась в хаос – с нажимом сказал Король.

Мужчины, сидевшие за круглым столом на веранде с видом, с одной стороны на княжеский дворец и с другой на море, приосанились. За окном было спокойное европейское счастье, без сугробов и грязи. Говорили, конечно, о Родине, но лучше и красноречивее говорилось о ней именно здесь, в Монако. Особенно хороши разговоры о будущем Нашей Страны были в Париже или Барселоне, а может быть в весеннем Мюнхене или на зимнем острове Бали.

Хорошо шли разговоры о Родине на Майами, где в холлах фешенебельных апарт-отелей была слышна испанская, английская, китайская и еще какая угодно речь, иногда даже родная, но очень редко.

Наши соотечественники стараются говорить на людях по-английски. В лучшем месте на земле нужно было раствориться среди счастливых и богатых, а не находить нелепые знакомства с земляками.