Пожинатель горя

И кнопки сигнальные у пацанов были, и камеры на всех этажах. Бывает, товар среди ночи завозят, но в таких случаях разрешение за подписью Ланенского должно у охраны быть. Никакого привоза в эту ночь не планировалось, все шло по плану: одному разрешается отдохнуть, другие в это время дежурят. Первый у монитора сидит, этажи и улицу обозревает, второй по зданию ходит. Окна, конечно, на сигнализации, да мало ли… Еще обязаны в центральный офис отзваниваться каждый час, мол, все спокойно, но там на проводе такой же щенок сидит, дрыхнуть хочет, вот и сговорились без ночных звонков управляться.

Иначе гораздо раньше тревогу бы подняли, авось по горячим следам взяли бы гадов.

– А кто может беспрепятственно проходить в здание в любое время суток? – подобрался я к самому важному.

Фирсов намеревался прикончить бутылку, но, услышав мой вопрос, отставил стакан в сторону.

– Подозревать будешь? – мстительно заметил он. – Так мне плевать, моя совесть чиста. Я могу, раз начальник над всей охраной.

Карабас, так как генеральный директор. И Друзина, само собой. Трое. Правда, здесь ты вряд ли до чего докопаешься. Скорее пацаны своих дружков впустили винца попить или девок потрахать – такое частенько раньше бывало, я несколько смен взашей выгнал.

С тех пор как я бросил пить, сивушный запах вызывал у меня аллергию, а пьющие – глухое раздражение. Я отвернулся, когда начальник службы безопасности поднес к губам наполненный стакан. Взгляд мой зацепил стоящий в углу офисный стол и аппаратуру на нем: монитор и несколько работающих видеомагнитофонов, поставленных друг на друга.

На экране была видна улица. Залитая ярким солнечным светом, здесь она отображалась серой и сумрачной.

– Вход просматривается прекрасно, – сказал я в пустоту. – Запись ведется круглосуточно?

– Умный какой выискался, – ядовито отреагировал Фирсов. – Кассетки посмотреть хочешь? А шиш с маслом? Нету кассет. Были да сплыли. Забрали их налетчики, не такие идиоты, чтобы рожи свои светить. Всё знали, твари!

– Наводчик? – осторожно спросил я.

– А ты что думал? – Владимир Михайлович зло отставил опустевший стакан. – И ведь кто-то из своих. Доберусь – зубами порву оборотня!

Он ударил по столу кулаком. Кулак был тяжелый, мощный, с выбитыми костяшками. Точно заслышав этот грохот, в комнату вошел высокий парень, весь какой-то глянцевый и ненастоящий, чем-то неуловимо напоминающий кукольную красавицу Ингу, хотя внешне ничуть на нее не похожий.