Охота на Тигра

Сашка спрыгнул в окоп, сжимая побелевшими от напряжения руками два заряда от ПТРД. Танк, миновав первую линию траншеи, получил пару гранат, разорвавшихся точно за башней. Но султанчики, выбиваемые на песке пулеметной очередью второго танка, оборвали жизнь ребятам из первой роты.

Все. На первой линии никого. Только они со Сметаниным.

«Панцер III», повернув башню, разворотил дзот, огрызавшийся пулеметным огнем.

– Андрюху накрыло! Ну, я тебе сейчас…

Николай уже был знаком с этим танком. Встречался с ним не впервой.

«Это шанс!» – мелькнуло в голове.

Выстрел! Заряд с визгом срикошетил от кромки борта.

– Патрон! – передергивая затвор, орал Стройников.

Хлопок, удар в плечо. Отдача приличная, 14,5 миллиметров не шутка!

– Коля, больше нету, – сглотнув ком в горле, проговорил Сашка.

«Неужели все?!»

Танк, проехав еще метров десять, дернувшись, застыл. Из пробитого двигателя тонкой, едва заметной струйкой шел дым.

– Коля, посмотри, – кивнув в сторону телеги, проговорил Сашка. – Андрюха это, Андрюха Штайнер.

– З-з-здравствуйте, К-к-коля, – Андрей, ловко спрыгнув с телеги, пожал ему руку.

«Жив наш пулемётчик, еще повоюем», – размышлял Стройников.

Он как-то спросил Андрея:

– За что три месяца в штрафбате воевал?

– За то, что Штайнер, а был бы Иванов, не отправили бы.

Предок Андрея был обрусевшим немцем, жил в Белоруссии. После начала войны был расстрелян как враг народа, а Андрей, отслужив полгода, попал в штрафбат за то, что не побрился и имел «бородку почти как у замполита».

– Как у тебя дела? – вглядываясь в лицо, иссеченное осколками, спросил Стройников.

– Ничего, по-потихоньку. Получу пу-у-улемет в полку, и снова в строй.

– Так держать! А вот и наш старшина, быстрехонько он управился.

Михась подал Николаю длинный тулуп, шапку-ушанку и положил на телегу продукты.

– Сымай шинель.

– Откуда дровишки? – натягивая тулуп, спросил Николай.

– У сибиряков обменял на шинель твою и, – вздохнул он, – на полкило сальца. Получил я тебе тушоночки пару банок, спичек, чаю, сахарку да печения англицкого. На вот, возьми, – протянул он кулек. – Махорка добрая, – и зашагал к складу.

Отдав курево друзьям, Николай, будучи не курящим, сел на телегу, укутавшись в новую одежку. Застегивая пуговицы, он нащупал три небольших дырки на животе. Распахнув тулуп, Николай увидел засохшие сгустки крови.