Система «Морской лев»

– Хорошо, я вам скажу, чтобы отбить охоту у вас выпытывать у своих подчиненных подробности их личной жизни. Каждого, кого отчислят, ждет продолжение той жизни, из которой его выдернуло наше управление. Как правило, я конечно, не знаю в отношении вас, но вот у других там наступал не очень счастливый конец. Поэтому, если вы кого-то и раскрутите, то знайте, что вы не пострадаете за это, но его летальный исход будет на вашей совести, – жестко сказал Канарейкин.

– Мы выйдем в море, и тогда ваша власть кончится, – начал игру Захаров.

– Значит, тебя и такие мысли посещают? – загадочно произнес Канарейкин.

– Да нет, мне просто интересно.

– Интерес лучше оставь при себе. Поверь мне на слово: мы и в море тебя или того, кто нарушит установленные правила, достанем.

– Хорошо, хорошо, прекратим этот разговор, – сказал Захаров, понимая, что зашел слишком далеко. – Лучше скажите мне: есть ли еще какие-нибудь запретные предписания?

– Есть, но об этом узнаешь позже…

– Как это позже?

– А зачем тебе о них знать? Твое дело – командовать лодкой, а остальную работу за тебя сделают.

– Замечательно: на моей лодке будут происходить какие-то вещи, а я об этом даже знать не буду.

– Меньше знаешь – дольше живешь, – вновь улыбнувшись, сказал Канарейкин. – Так, пошутили, и хватит, теперь о деле давай поговорим. Как у тебя с освоением техники? – моментально сменив тему разговора, словно ее и не было, задал вопрос Канарейкин.

– Нормально, а что?

– Пора лодку выводить на испытания.

– Когда намечен выход?

– Пятого августа. Успеете подготовиться?

– Успеем.

– Тогда вот читай, – и полковник протянул Захарову бумагу, выйдя из-за стола.

Пока Захаров читал приказ, Канарейкин подошел к шкафу и, погремев ключами, открыл дверцу и, выдвинув ящик, начал перебирать папки.

– На вот, на офицерский состав, психо-, черт их дери, показатели.

Запись датирована 3 августа 1990 года

Потратив два дня на изучение результатов психологических тестов личного состава «Морского льва», Захаров подметил для себя немало важного. И только в отношении своего старпома из-за отсутствия значительной части исследований у него осталось смутное впечатление.