Нерушимый форпост

На улице капитан построил бойцов и надзирательно сказал:

– Первая вводная. Бежим строго по правой стороне. Строго – это когда по прямой. Без всяких рысканий в сторону. Нам там землю так перепашут, что и слепой с пути не собьётся. Далее. Как только снесут ворота – мчимся галопом к родной стороне. Повторять дважды не стану. Хотите жить – делайте, как я сказал. А теперь, закрепляем оружие и пристёгиваем все лямки. Чтобы ничто и нигде не болталось. Всем всё понятно?.. Даю десять минут на подготовку, а потом мы делаем марш-бросок до ворот.

Заметив ухмыляющиеся рожи солдат, он сердито рявкнул:

– Десять минут пошло.

Задумчиво покачавшись на каблуках, капитан иронично усмехнулся и заметил:

– Зря вы скалитесь, охламоны. В нашем случае как раз всё будет наоборот: легко в учении, тяжело в бою. Попомните моё слово.

Мощный взрыв потряс ворота и они со скрежетом и визгом пронеслись мимо отряда.

– Бежим! – крикнул капитан и, поминая чёрта, дьявола и ещё какую-то мать, добавил:

– Строго по правой стороне!

Выскочив на поле, отряд едва не остановился, разглядывая страшную картину открывшуюся перед ними.

Всё поле в зоне прохода было усеяно гигантскими воронками от взрывов неимоверной глубины. В такую не то что прыгать – находиться рядом страшно.

– Давай, черти! – гаркнул капитан и первым скатился на дно.

Вслед за ним пришлось прыгать и другим.

– Радуйтесь, что здесь грунт скалистый, – бурчал капитан карабкаясь вверх, – а то бы хрен выползешь из неё.

К его удивлению солдаты быстро нагнали его и стали даже обгонять.

Шустрые как тараканы, они легко взбирались по склону почти не обваливая грунт и даже успевали потешаться над ним, обзывая навозным жуком.

Не все воронки были столь глубокими и это прибавляло задора и уверенности, что им удастся добраться до конца вовремя.

Где-то на середине пути им выплыл навстречу тяжелый гусеничный вездеход. Тяжко ухая в воронки, он натужно ревел своими моторами взбираясь наверх и порой скатывался вниз, с разбега всё же преодолевая препятствие. Слишком крутые подъёмы ему было сложно преодолевать, но даже при таком раскладе у него было больше шансов, чем у солдат. Они уже подустали и каждая новая воронка забирала всё больше сил. Этому же зверю всё было нипочём.