Нерушимый форпост

Всё это было похоже на гигантский ткацкий станок, где вместо нитей служили световые лучи и это видение завораживало. Он машинально засунул токмаузер обратно в кобуру и, увлеченный этим необычайным действом, вообще забыл, где он находится.

Стена отображалась не полностью, а только в тех местах, где имелись повреждения. Увидев знакомый пролом, капитан не удержался и одобрительно причмокнул: настолько всё тщательно было скопировано. Уж эти-то очертания надолго врезались в его память.

На смену голубым лучам пришли красные.

«Надо бы проверить» – мелькнула мысль у капитана и он вызвал по рации Митурина.

– Ну, как там у вас? – сделав вид, что ничего не происходит, спросил он.

– Всё тихо, товарищ капитан, – заверил его Митурин.

– Да, – удручённо вздохнул капитан, – Вы как кроты слепые. Ни черта не видите.

– Да спокойно всё здесь, товарищ капитан, – обиженно загундел Митурин. – Вы что, мне не верите?

– Да это я не вам, – отмахнулся капитан, понимая, что сболтнул лишнего. – День сегодня такой. Трудный. Вот я и срываюсь на всех. Значит, говоришь, всё спокойно?.. Ну хорошо. Будь на связи.

Лучи, тем временем, восстановили повреждения и капитан с любопытством ожидал, что будет дальше.

Раз уж на этой картинке, рассуждал он, показан этап восстановления стен, то ему должны показать и уборку территории от завалов. Он, конечно, не надеялся, что придут роботы-уборщики с большими мётлами и огромными совками, но всё пошло совсем не так.

Красные лучи, вспыхнув в последний раз, исчезли, а на смену им пришли опять голубые, высветив контуры вдоль стен. Появился знакомый камушек и капитан вдруг увидел, что кто-то стоит возле стены. Страшная догадка поразила его мозг, обрушив сознание в бездонную неизбежность, и он вдруг понял: что сейчас произойдет.

– Чёрт, – простонал он и заорал так, словно пытался докричаться до стен цитадели: – Митурин! Уводи всех немедленно! Ты слышишь меня?! Немедленно! Иначе вы все умрете.

Капитан выхватил токмаузер и выстрелил в установку пытаясь хоть каким-то образом повлиять на события. Но было уже поздно. Красные лучи вонзились в площадку и человек рухнул на землю, поверженный огненной стрелой.