ПРАЗДНИК ВОЛШЕБНОЙ ЛЮБВИ

Тормозит что-то.

Гошку осеняет: «Морозов запрет! Вот в чём причина колебаний наших».

– Надо записку Деду Морозу написать, – властно говорит Гошка Ерошке.

Ерошке сейчас претит такая властность со стороны друга. Поэтому Ерошка на эту властность огрызается. И делает это весьма талантливо:

– Ты у нас, Гоша, грамотей отменный и хитрец необыкновенный. Вот сам и пиши от всей души.

Гошка неожиданно быстро соглашается:

– Ладно, Ероха, уговорил. Я напишу, как сам решу! Но ты имей в виду: от нас двоих!

Он долго и упорно пишет что-то гусиным пером по жёлтой древней бумаге, изредка обмакивая кончик серого пера в свежайшие чернила.

Старинная бронзовая чернильница – предмет волшебный. В том смысле, что не убывает в ней чернил и никогда они не засыхают.

Ерошка не подглядывает, как списывающий школьник, но всё равно нетерпение проявляет:

– Ну, читай!

– Не понужай. Лучше смекни, чем перо вытереть.

– В чернильнице оставь, оно там и стояло!

Гошка неторопливо погружает гусиное перо в волшебную чернильницу и осторожно, очень аккуратно разворачивает на столе жёлтую бумагу с высыхающими загогулинами буковок.

Бумага, в отличие от чернильницы, хоть и древняя, но не волшебная, чернила на ней сохнут долго. Всё равно, вот она, долгожданная записка первому и единственному владыке сказочного царства! Вот она – крупным планом:

Записка Марозу

Мы на баллоте сабераим клюкву!

Ерошка недоволен, но недоволен с каким-то зловредством:

– Мало того, что ты аннаним, Гошка, так ты ещё и написал с ошибками.

– Исправляй! Где?

– Где, где… У Деда Мороза в бороде! «Записка» пишется с твёрдым знаком, а клюква – с мягким.

Ерошка гусиное перо не берёт, а исправление делает красным карандашом, стараясь не развезти ещё не высохшие чернила по бумаге. В результате у него получается, как он считает, правильно:

записъка, кльюква.

Ерошка осторожно, как это пару минут назад делал Гошка, на столе разворачивает древнюю бумагу в обратную сторону и говорит расстроенному из-за своей малограмотности Гошке:

– Учись, Георгий, пока я не растаял!

– Да ладно тебе, Ерофей.

Всего-то две ошибочки! А как ты меня назвал? Омоним? – произносит Гошка с ударением на последнем слоге.

Ерошка усмехается:

– Ага, омоним, поманим.

Эти слова он произносит с ударениями на последних слогах. И добавляет:

– Аннаним ты!

– Это почему?

– Кто не подписывается, тот и аннаним! Жила когда-то одна кикимора по имени Анна.