Любовь после гроба

Сначала маленькая ладошка тревожно сжала мои пальцы, а потом и я услышал шаги и негромкие голоса с акцентом, которые ругались на подземелья и на суку, которая сюда зачем-то полезла с каким-то «старым пеньком, которому похоть на юное тело сильно боком выйдет». Вошли семеро – один русский в штатском, очевидно местный подельник. И голоса вошедших орали всё более удивлённо. Но не долго.

Начинающие упыри были в полицейской форме, четверо, а трое в штатском. И у них были пистолеты и три коротких автомата. И они их крепко сжали в руках, осматриваясь.

Закипел бой! Кавказцы оказались неплохими бойцами и не трусами, никто даже не запаниковал, и все сразу открыли огонь, поливая свинцом атакующих. Но силы были очень неравны, и нежить от их, наших обычных пуль, падала не очень, без энтузиазма, хотя получив несколько, а особенно в голову, всё-таки валилась на пол.

А я неожиданно для себя начал тихонько петь:

– В Кейптаунском порту

С пробоиной в борту

«Жанетта» поправляла такелаж.

Но заканчивал я когда людей уже добивали клинками, ещё и лич что-то наколдовал, волной прошедшее по стрелкам и похоже дезориентировавшее их. И первый зомби начал зубами рвать плоть ещё живого человека, ну и кровь пара умертвий уже сосала из ран. А я пел, уже меняя слова, и пропустив часть:

– И свой покинув мир

Отправились на пир

Три дюжины отборных зомбяков.

У них походочка как в море лодочка…

Про «лодочку» я загнул, разве что лодочку швыряло на штормовых волнах – движения у зомби были как раз «зомбиевскими», дёрганными и порой не совсем в одном направлении, но и вполне быстрыми, и клинками они махали неплохо. А некоторые вообще как люди двигались. Я пропел уже после завершения короткого боя:

– Зайдя в мир-ресторан,

Увидевши землян,

Чороны стали вмиг разозлены.

И кортики достав, забыв чороустав,

Они дрались как дети сатаны.

А про правила зомби действительно забыли. Есть нельзя! По крайней мере лич пинками отогнал пировавших и проорал на языке тёмных орков, и я даже сносно понял, а языкам Нарси учила меня и во время прогулки по Красной площади и в ГУМе, да и сейчас поясняла. Смысл ругани главаря нежити был в том, что нехорошо жрать их будущих коллег.